Начало \ Издания \ А. Е. Аникин, "Иннокентий Анненский и его отражения"

Страница А. Е. Аникина

Открытие: 5.09.2011          Обновление: 05.11.2016

А. Е. Аникин
Иннокентий Анненский и его отражения
Материалы. Статьи

Москва, Языки славянской культуры, 2011

Твердый переплет, 472 с.
Тираж: 500 экз. Формат: 70x100/16
Цена (при выходе): ок. 700 руб.
ISBN 978-5-9551-0472-0

Серия "Studia poetica"

Издатель А. Кошелев
Зав. редакцией М. Тимофеева
Корректор Е. Сметанникова
Оригинал-макет подготовлен В. Гусевым
Художественное оформление переплета С. Жигалкина

Книга объединяет основные литературоведческие труды автора, опубликованные главным образом во второй половине 80-х - начале 90-х гг. прошлого века и касающиеся вклада, внесенного в русскую культуру выдающимся поэтом конца XIX - начала XX вв., педагогом, деятелем просвещения и ученым-филологом Иннокентием Федоровичем Анненским (1855-1909). Рассматриваются преломление в творчестве Анненского некоторых из охваченных им историко-культурных слоев (античная драматургия, русская и французская поэзия и др.), параллели между разными его текстами (лирика, драматургия, критическая проза, переводы, письма), а также их реминисценции у Анны Ахматовой и других поэтов.

Содержание

От автора -- 9
I. Предварительные замечания -- 17

II. Материалы к изучению драматургии Анненского: античные истоки, французские, русские и иные связи (Еврипид, Леконт де Лиль, Бодлер, Пушкин, Гоголь, Достоевский и др.)

Часть 1: Анненский, Еврипид, Анаксагор. 'Меланиппа-философ' -- 52
Часть 2: 'Меланиппа-философ' (продолжение). Из фонетического репертуара Анненского. 'Царь-Иксион' -- 75
Часть 3: 'Фамира-кифарэд'. Пушкин и Ион-Аполлонид -- 108
Часть 4: 'Лаодамия' в контексте темы 'Анненский и Шевченко' -- 153

III. Статьи

1. Апофатический принцип в поэзии Анненского: к анализу псевдонима Никто - Ник. Т-о -- 212
2. Философия Анаксагора в зеркале творчества Анненского -- 242
3. К анализу драмы Анненского 'Фамира-кифарэд' -- 252
4. Из наблюдений над поэтикой Анненского: бодлеровский и 'достоевский' подтексты в драме 'Фамира-кифарэд' -- 276
5. 'Мифотворцу - на башню': опыт сопоставления цикла с другими текстами Анненского -- 288
6. 'Незнакомка' Блока и 'Баллада' Анненского - 298
7. Шевченковский пласт в творчестве Анненского (замечания и предположения). I-II -- 304
8. Античные мотивы в творчестве Анненского: царскосельский ракурс (Несколько наблюдений в связи с откликами у Ахматовой) -- 315
9. Ахматова и Анненский. О петербургском аспекте темы -- 340
10. К анализу стихотворения Ахматовой 'Все мне видится Павловск холмистый...' -- 352
11. О литературных истоках 'детских' мотивов в поэзии Ахматовой -- 360
12. Чудо смерти и чудо музыки (о возможных истоках и параллелях некоторых мотивов поэзии Ахматовой) -- 373

IV. Разрозненные наблюдения над текстами Анненского

Трагедии

'Меланиппа-философ' -- 390
'Царь Иксион' -- 398
'Лаодамия' -- 410
'Фамира-кифарэд' -- 413

Лирика

'Декорация' -- 416
'Зимний романс' -- 417
'Конец осенней сказки' -- 420
'Кулачишка' -- 420
'Май' -- 421
'Молоти искры' -- 422
'Опять в дороге' -- 423
'Падение лилий' -- 423
'Поэзия' -- 423
'Поэту' -- 425
'Там' -- 426
'Тоска возврата' -- 426
'Тоска припоминания' -- 426
'Черное море' -- 427
'Ямбы' -- 429
'∞' -- 432

Критическая проза

'Горькая судьбина' -- 435
'Художественный идеализм Гоголя' -- 435

Дополнения к примерам возможных реминисценций Анненского у Ахматовой

'Фамира-кифарэд' -- 437
'В небе ли меркнет звезда...' -- 438
'Два паруса лодки одной' -- 438
'Майская гроза' -- 439
'Мой стих' -- 440
'Свечку внесли' -- 440
'Сиреневая мгла' -- 441
'Тоска кануна' -- 441
'Третий мучительный сонет' -- 442
'Ты опять со мной' -- 443
'Черный силуэт' -- 444
'О современном лиризме' - 445

Корректурное дополнение -- 447

V. Сокращения -- 448

VI. Литература -- 451

Предметный указатель -- 462

От автора

Предложение издательства 'Языки славянской культуры' (А. Д. Кошелев) побудило автора вернуться к давнему намерению издать в виде одной книги серию публикаций (в особенности предварительных - препринтов 1988-1990 и 1997 гг.), посвященных главным образом связям творчества Иннокентия Анненского (далее А.1) с русской поэзией и прозой, европейской (в особенности французской) поэзией, драматургией Еврипида, философией Анаксагора и, предположительно, творчеством Т. Шевченко. В этих публикациях затрагивается также цитатный пласт А. в поэзии Анны Ахматовой, который сначала был основной темой исследования, что и отражено в заголовках 'Ахматова и Анненский. Заметки к теме' [Ан. I-VII]. Однако направление исследования постепенно изменилось, а заголовки остались прежними, отчего они не соответствуют содержанию препринтов или соответствуют им лишь отчасти (в [Ан. III-VII] тема 'Ахматова и Анненский' отходит на второй план). Значительное внимание в препринтах уделяется взаимосвязям между разными видами текстов А. (лирика, драматургия, критическая проза, переводы, в том числе переводы трагедий Еврипида, письма).2 Подобные поиски выводят на проблематику изучения перекликающихся и/или повторяющихся элементов в творчестве А.

Упомянутые препринты, общим числом 8 [Ан. I-VIII] представляют собой, по существу, черновые разработки ('брульоны' - если воспользоваться ныне не употребительным словом, входившим в лексикон А.), готовившиеся в расчете на последующее усовершенствование. Впоследствии этот расчет отчасти оправдался: на основе предварительных публикаций возникли статьи, вобравшие в себя изложенные наиболее последовательным образом соображения автора.

Нетрудно заметить, что включение в книгу и препринтов, и статей делает неизбежным наличие нежелательных повторов. У этих повторов есть и другие причины, в их числе - характерный для публикуемых текстов способ изложения, который Т. В. Цивьян сравнила с принципом организации фольклорных текстов типа 'Kettenmarchen' ('цепные', 'цепевидные' и т. п. сказки). Устранить повторы при таком изложении очень трудно (хотя усилия автором предпринимались значительные), поскольку они фактически запрограммированы, и изъятие какого-то звена в изложении нарушает его целостность.

Полное включение в книгу всех восьми препринтов оказалось затруднительным прежде всего из-за слишком разрастающегося объема. Воспроизводятся препринты [Ан. V-VII]. Из препринта [Ан. VIII] привлекается большая часть. Довольно значительные отрезки из [Ан. I-III] включены в 'Предварительные замечания'. Специально для данного издания проведена работа по извлечению из 'отбрасываемого' материала представляющих интерес кусков и их введению в публикуемые тексты. Из таких же кусков, 'не вписавшихся' в основное изложение или заслуживающих несколько более подробного рассмотрения, собран завершающий содержательную часть книги раздел 'Разрозненные наблюдения над текстами Анненского'. Публикуемые тексты подверглись большей или меньшей переработке, затронувшей и большую часть их названий.3 Ссылки на первую публикацию каждого из текстов в предлагаемой книге даются только в начале каждого из них. Отсылки от одного текста к другому (как и прочие библиографические ссылки) даются в квадратных скобках - [наст. изд.: ...], т. е. 'см. настоящее издание'.

Содержание книги разделено на несколько блоков: I. Предварительные замечания; II. Материалы к изучению драматургии Анненского:4 античные истоки, французские, русские и иные связи (Еврипид, Леконт де Лиль, Бодлер, Пушкин, Гоголь, Достоевский и др.);5 III. Статьи; IV. Разрозненные наблюдения над текстами Анненского.

IV блок, как и II, является средоточием 'материалов'. В статусе 'материалов' (не выше) находятся и предлагаемые в книге соположения переводов Еврипида на русский и французский языки с греческим оригиналом, о чем говорится в 'Предварительных замечаниях'.

По тексту книги, нередко в примечаниях, даются наблюдения, касающиеся возможных реминисценций А. в поэзии Ахматовой (иногда также Мандельштама, Гумилева, Пастернака и Маяковского). В некоторых разделах (Предварительные замечания, часть статей, заключительный раздел IV блока и не только) эти наблюдения выходят на первый план.

Автор, как ему кажется, отдает себе отчет в сложности и многообразии художественного мира А. и его историко-литературных связей. Книга отнюдь не претендует на раскрытие этой сложности (и ни в коей мере не претендует на статус систематического описания поэтики А. или какого-либо ее фрагмента), но хотелось бы надеяться, что она станет хотя бы малым шагом в ее постижении. Название 'Иннокентий Анненский и его отражения', как представляется, соответствует обрисованной выше тематике. Идея 'отражений', помимо отсылки к известным 'Книгам отражений' [КО], предполагает связанное с А. идейно-художественное влияние (и преломление этого влияния), направленное как к нему (скажем, Еврипид → А.), так и от него (А. → Ахматова и др.).

Стихи А. цитируются по изданию [СТ], стихи Ахматовой по [СП]. При цитировании ссылки даются или на страницу указанных изданий, или - если это нужно - на название произведения (стихотворение, поэма, трагедия).

Еврипид на русском языке цитируется в переводе А. по изданиям [Еврипид 1999; ТЕ], с указанием стиха (ст.) и, по необходимости, с сокращениями названий цитируемых трагедий: 'Альк.' - 'Алькеста', 'Андр.' -- 'Андромаха', 'Вакх.' - 'Вакханки', 'Гек.' -- 'Гекуба', 'Гер.' - 'Геракл', 'Гркл.' - 'Гераклиды', 'Ел.' - 'Елена', 'Ипп.' - 'Ипполит', 'ИфА' - 'Ифигения в Авлиде', 'ИфТ' - 'Ифигения в Тавриде', 'Мед.' - 'Медея', 'Ор.' - 'Орест', 'Троян.' - 'Троянки', 'Умол.' - 'Умоляющие', 'Фин.' - 'Финикиянки', 'Эл.' - 'Электра' (названия трагедий 'Ион' и 'Рес' даются без сокращений6). Те же сокращения используются при цитировании еврипидовского текста и перевода Леконта де Лиль.7 Обращение (редкое) к иным изданиям 'русского Еврипида' оговаривается.

Указанное издание Еврипида привлекалось в основном через Интернет (http://lib.ru/POEEAST/EVRIPID; также http://az.lib.ru/e/ewripid). Греческий текст берется с вебсайта Perseus Collection Greek texts (http://www.perseus.tufts.edu). Переводы Еврипида (изредка - Эсхила) на французский язык, принадлежащие Леконту де Лиль, почерпнуты преимущественно с вебсайта Mythorama (http://www.u-parislO.fr),8 но на равных правах с этим ресурсом используется также издание [ELL], с указанием страниц.

Имя Леконт ле Лиль (как и имя Анненского) может даваться в сокращенном виде: ЛдЛ. 'Аполлонид' того же автора и его критическая проза цитируются по изданию [DP].9

Существенным подспорьем при изучении Анненского является сайт http://annensky.lib.ru (М. А. Выграненко).
Спасибо, Александр Евгеньевич.

Вообще, без указанных и других ресурсов Интернета эта книга не могла бы быть подготовлена в обозримые сроки.

Стихи даются курсивом (кроме заглавий - они в кавычках без курсива),10 даже если речь о вырванном из стиха одном слове, проза (в том числе ремарки в трагедиях А. и ЛдЛ) - в кавычках без курсива. Для выделения частей текста используются разрядка (для стихов) и курсив наряду с разрядкой (для прозы), которые принадлежат автору во всех случаях кроме особо оговариваемых.

*     *     *

В теперь уже далекие 80-е - 90-е годы (точнее, в конце восьмидесятых - начале девяностых) XX в. автор имел счастливую возможность пользоваться консультациями таких специалистов, как Т. В. Цивьян и Р. Д. Тименчик. При подготовке этой книги, как в 'старые добрые времена', Татьяна Владимировна вновь пришла на помощь, и без ее содействия книга, вероятно, не состоялась бы. Она прочитала весь текст и сделала множество ценных замечаний, по возможности учтенных автором.11 Если иметь в виду наиболее существенное, ей принадлежит формулировка названия книги и некоторых, разделов, а также упорядочение их расположения.

Большое содействие в подготовке книги оказала также Ю. В. Платонова. В преодолении технических трудностей авторской работы за компьютером очень помогли консультации Л. А. Феоктистовой. Автор пользуется случаем выразить названным лицам, а также А. И. Червякову и С. П. Рожновой глубокую признательность. Слова признательности хотелось бы обратить и к редакции издательства 'Языки славянских культур', проделавшей для этой книги значительную подготовительную работу -- сканирование публикуемых текстов, порождений 'докомпьютерной' и 'доксероксной' эпохи.

Интерес к теме 'Ахматова и Анненский' сложился у автора под влиянием трудов акад. В. Н. Топорова, который указывал на ее важность и не раз обращался к ней сам. Эта книга - неискусное, но благоговейное приношение его памяти.

Но утрат так много...

Eheu fugaces, Postume, Postume,
labuntur anni пес pietas moram
rugis et instanti senectae
adferet indomitaeque morti <...>
(Ног. Carm. II. 14).

Александр Евгеньевич Аникин

Сноски:

1. Сокращение не применяется систематически: если оно затрудняет восприятие текста, то фамилия Анненский дается полностью.
2. Здесь можно напомнить о нескольких отмеченных А. В. Федоровым [1979: 547-549] перекличках между прозой и поэзией Анненского. Вывод, согласно которому такие переклички бывают у А. 'не столь уж часто' [Там же], представляется относительным.
3. К сожалению, далеко не полностью учтена релевантная для данной книги научная литература. Обширная библиография по различным темам, касающимся А. (взаимосвязи его творчества и творчества Бодлера, Леконта де Лиль, Достоевского, Еврипида и др.), содержится в [УКР].
4. Содержанию блока более точно соответствовала бы формулировка '...драматургии Анненского в кругу других его текстов...', что слишком громоздко.
5. II блок включает переработанные препринты [Ан. V-VIII], их названия изменены.
6. Сокращения не используются и при цитировании четырех оригинальных трагедий А.: 'Меланиппа-философ', 'Царь Иксион', 'Лаодамия', 'Фамира-кифарэд'.
7. Имя французского поэта склоняется здесь и далее по следующему образцу, данному Анненским: 'Леконт де Лиль... О Леконте де Лиль... К Леконту де Лиль...' [КО: 490] - хотя у него встречаются и другие образцы склонения. В цитатах из разных авторов (в том числе А.) от указанной парадигмы приходится отступать.
8. Выставлены пока не все переводы Леконта де Лиль.
9. [DP] и два тома [ELL], а также [EschLL] (ВГБИЛ им. М. И. Рудомино) - экземпляры из утерянной библиотеки И. Ф. Анненского. Проведенные в 'Иностранке' Н. В. Котрелевым и автором этих строк поиски (1992 г.) других книг из библиотеки А. результата не дали.
10. Курсивом даются и обычные лексические данные (как правило, из словарей: [Даль] и др.).
11. Приводятся в тексте со ссылкой на Т. В. Цивьян, Выполнение некоторых рекомендаций Татьяны Владимировны было выше сил автора - в особенности необходимость добиться большей 'центрированности' изложения. Еще одну не выполненную по разным причинам рекомендацию уместно пересказать: отражения А. проходят в книге через зеркало античности, которое подкреплено Леконтом де Лиль, т. е. даются на греческо-французской основе. В ней четко выделяется несколько смысловых опор: мать, дитя (и их несчастья), ослепление, слепота, прозрение; мотивы пеленок, пелен, повивания и т. д. Во вступительной части было бы желательно описать это 'античное наследство' А., как и основные мотивы, которые проводятся также через 'неантичного' А. и через его круг.
Отсутствие такого описания в некоторой степени компенсируется кратким предметным указателем в конце книги (он также подготовлен по рекомендации Т. В. Цивьян).

Корректурное дополнение

Об имени Никто и мотиве тени у Анненского и Ахматовой: это имя-отрицание (безымянность в качестве имени [наст. изд.: 236]) соотносится с 'настоящим' именем так же, как тень человека с самим человеком. Бесплотная сущность (Без имени, без плоти, без причины [СП: 333]) и плоть. Соответственно, эквивалент 'удвоенной' безымянности (Никто и ничей) - 'удвоенная' тень (тень от тени), абсолютное ничто.

В этом духе может быть истолкован известный афоризм А. Эйнштейна (при встрече с С. Михоэлсом во время войны) о том, что антисемитизм тень еврейского народа: тень, носящая имя-отрицание с его 'пессимистическим веянием' [наст. изд.: 267].

15 марта 2011 г., Новосибирск

Начало \ Издания \ А. Е. Аникин, "Иннокентий Анненский и его отражения"


При использовании материалов собрания просьба соблюдать приличия
© М. А. Выграненко, 2005-2016
Mail: vygranenko@mail.ru; naumpri@gmail.com

Рейтинг@Mail.ru     Яндекс цитирования