Начало \ Именной указатель \ "Театр Еврипида" И. Ф. Анненского в редакции Ф. Ф. Зелинского, том I

Сокращения

Открытие: 10.03.2019

Обновление: 25.06.2019

"Театр Еврипида"
И. Ф. Анненского в редакции Ф. Ф. Зелинского

Том I     Том II     Том III     Анненский и Зелинский

 

 

   

Театр Еврипида
Драмы

Перевод со введениями и послесловиями И. Ф. Анненского;
Под редакцией и с комментарием
Ф. Ф. Зелинского.

М.: Издание М. и С. Сабашниковых, 1916. Т. 1. XV + 407 с.
(Памятники мировой литературы: Античные писатели).

Для страницы использована книга Новосибирской Государственной Областной Научной Библиотеки

 

ОГЛАВЛЕНИЕ

Предисловие редактора     V
Предисловие переводчика     XII <Текст в издании Театр Еврипида 1906>
Предисловие переводчика к I тому     XV <Текст в издании Театр Еврипида 1906>

I. АЛКЕСТА

Введение: поэтическая концепция "Алькесты"    3 <Текст в издании Театр Еврипида 1906 PDF 5,7 MB>
Алкеста     41 <Текст в издании Театр Еврипида 1906 DJVU 520 KB>

II. АНДРОМАХА

Введение: послегомеровская Андромаха     107 <статья Ф. Ф. Зелинского>
Андромаха     127

III. ВАКХАНКИ

Введение: Дионис в религии и поэзии     189 <статья Ф. Ф. Зелинского>
Вакханки     217

IV. ГЕКУБА

Введение:  легенда "кургана Псицы" 295 <статья Ф. Ф. Зелинского>
Гекуба     319

КОММЕНТАРИЙ

Объяснительные примечания:
I. Алкеста     383
II. Андромаха     386
III. Вакханки     393
IV. Гекуба     401
Объяснение иллюстраций     405

Предисловие редактора

V

Как автор и переводчик, я всегда старался быть кратким в своих предисловиях; но здесь, выступая впервые в ответственной роли редактора чужого посмертного труда, я прошу позволения сказать обстоятельнее о принципах, которыми я счел долгом руководиться.

Как увидит читатель из ниже печатаемых авторских предисловий, мой покойный друг Инн. Фед. Анненский намерен был дать русской публике 'всего' Еврипида в своем стихотворном переводе. Первый том был им выпущен в издании товарищества 'Просвещение' в 1906 г.; его преждевременная трагическая смерть 30 ноября 1909 г. не дозволила ему выпустить остальные.

В рукописи, однако, перевод всех 19 драм Еврипида (включая 'Реса') был уже закончен; было также написано и большинство вводных статей. Почему, тем не менее, издание его 'Еврипида' не было продолжено - об этом говорить не мне.

В 1914 г. все наследие покойного по Еврипиду с изданным уже томом I включительно перешло в собственность М. В. Сабашникова, и он обратился ко мне с предложением взять на себя его редакцию для античной серии 'Памятники мировой литературы'. Отказ с моей стороны был невозможен: помимо моей любви к покойному и интереса к нашему общему делу, на меня

VI

действовало и усердие, проявленное издательством М. и С. Сабашниковых в видах обеспечения русской публике труда жизни И. Ф. Анненского.

Первый вопрос, который мне пришлось решить, касался порядка драм Еврипида в новом издании. Принятый переводчиком для первого тома (изд. 1906 г.), как легко убедится читатель по второму его предисловию (ниже стр. XV), был несколько произвольным - наполовину хронологическим, наполовину эстетическим, - и по нему никак нельзя было догадаться, как он намерен был продолжать; но даже для первого тома его нельзя было сохранить в новом издании, так как его формат не дозволял помещать более четырех драм в каждом томе. Принять хронологическое расположение, которое переводчик считает 'самым естественным', было бы непрактично: во-первых, оно для большинства драм гадательно, а во-вторых, при значительно большем числе томов в новом издании читателю, не знакомому с хронологией, пришлось бы долго искать требуемую трагедию. Преимущество же хронологического порядка не особенно ощутительно у драматического писателя, так как никто не читает по нескольку драм в один присест. По зрелом размышлении я решился - по примеру Кирхгоффа, Наука, а также и издателей Плавта - принять порядок алфавитный и наметил следующий состав томов предпринятого издания:

Том I.

'Алкеста',
'Андромаха',
'Вакханки',
'Гекуба'.

Том III.

'Ифигения Авл.',
'Ифигения Тавр.',
'Ион',
'Киклоп'.


Том II.

'Гераклиды',
'Геракл',
'Елена',
'Ипполит'.

Том IV.

'Медея',
'Орест',
'Просительницы',
'Рес'.

VII
 

Том V.

'Троянки',
'Финикиянки',
'Электра',
Послесловия1).

Том VI.

Отрывки (их И. Ф. не успел перевести,
так что этот том будет моим).

Этот порядок представляет еще то удобство, что уже в первом томе читатель получает три новых трагедии, и в том числе две, еще нигде не появлявшиеся: 'Андромаху' и 'Гекубу'. Правда, для редактора именно он по случайному совпадению сосредоточил большинство трудностей на первом же томе. Дело в том, что в бумагах покойного к двум только что названным трагедиям вводных статей не оказалось; мне пришлось поэтому написать их самому. Что касается 'Вакханок', то обильные статьи, которыми переводчик снабдил свое издание 1894 г., по своему характеру для полного издания непригодны - не говоря уже о том, что они, как появившиеся раньше классической книги Роде 'Psyche', должны считаться устаревшими. Пришлось мне поэтому и эту статью написать самому.

1 Следуя современной орфографии, эту трагедию нужно было бы поместить в том II, на место 'Ипполита'; выбранный Зелинским порядок объясняется тем, что имя Ион начиналось с буквы I, которая в дореволюционном алфавите следовала за буквой И. (Прим. сост. издания: Фаддей Зелинский. Еврипид и его трагедийное творчество. Санкт-Петербург: Алетейя: Историческая книга, 2017. С. 39).

1) Т. е. статья 'Античная трагедия', напечатанная в издании 1906 г., и статья 'Еврипид и его время', которой должен был открываться том II. В видах равномерности объема томов я счел за лучшее напечатать обе в V, в который войдут только три драмы.

Сложнее и деликатнее вопросы, касающиеся редакции самих переводов. В этом отношении труд покойного распадается на четыре неодинаковых по своей законченности категории.

В первую, наименее законченную, входят 'Вакханки'. Их Иннокентий Федорович еще в 1894 г. выпустил отдельной книгой - это был его первый опыт по переводу Еврипида, и он вызвал суровую критику академика П. В. Никитина. Он был крайне раздражен этой критикой, и я, одинаково уважая обоих выдающихся эллинистов, избегал заводить с ним разговор о ней. Тем приятнее было мое удивление, когда он, уже в последние годы своей жизни, сам однажды о ней заговорил, признал ее осно-

VIII

вательность и выразил намерение подвергнуть свой перевод коренной переработке. Так как этого намерения он не успел осуществить, то я счел своим долгом осуществить его за него; эта трагедия потому предстанет перед читателем в наиболее обновленном виде.

Вторую по законченности категорию составляют переводы, написанные им в последующие годы, но нигде еще не напечатанные; третью - напечатанные в разных периодических изданиях и для них, следовательно, просмотренные; четвертую - те шесть, которые попали в издание 1906 г. Впрочем, моя редакционная работа лишь количественно облегчалась по мере этого восхождения; качественно она оставалась той же, обнимая следующие случаи: 1) погрешности против греческого текста - от таковых никто не обеспечен, а редактору их легче обнаружить, чем переводчику, тем более такому увлекающемуся, каким был И. Ф.; 2) погрешности против тех принципов русского стихосложения, которые признавал И. Ф., - т. е. в белом стихе шестистопные и (реже) четырехстопные стихи, а равно и дактилические окончания, а в лирических размерах - нарушение строфического соответствия там, где он к таковому стремился. Впрочем, даже изменяя его перевод, я все же старался сохранить по возможности его материал слов. Принципиально не касался я языка - даже там, где он явно переступал положенные переводчику пределы. Выясню это на примере.

В 'Алкесте' стих 108 Иннокентий Федорович переводит:

По сердцу и мыслям провел ты
Мне скорби тяжелым смычком.

В подлиннике просто: 'Ты коснулся души, коснулся мыслей'; но не в этом суть. Всем известно, что ни скрипок, ни смычков древность не знала: да, но ведь и Иннокентий Федорович это прекрасно знал. Если он, тем не менее, так перевел, значит, он особенно дорожил этим изысканным оборотом. На мой личный вкус, в нем мало хорошего, и если бы я мог, я бы

IX

посоветовал Иннокентию Федоровичу от него отказаться. Но так как я знаю наверное, что он бы меня не послушался, то я и не счел себя вправе изменить его перевод.

Впрочем, ряд изменений был вызван и текстом, который я счел долгом положить в основу перевода: это - законченное уже после смерти И. Ф. оксфордское издание Murray, ныне по всеобщему признанию лучшее издание текста Еврипида.Те немногие случаи, в которых я уклонился от Марри - почти всегда в сторону рукописной традиции, - оговорены в примечаниях.

Скажу откровенно: все эти изменения я предпочел бы внести в перевод И. Ф. молча, согласно тому своему принципу, о котором я сказал в своем слове, посвященном памяти покойного ("Из жизни идей", т. II, стр. 374 3-го изд.)*. К сожалению, заключенный наследником с издателем контракт обязует меня 'оговаривать внесенные в текст изменения', т. е. объявлять urbi et orbi, сколько недосмотров я нашел в труде моего покойного друга. Я это сделал самым простым образом в 'объяснительных примечаниях', помещенных за текстом, а здесь даю отчет в принципах, которыми руководился.

* Имеется в виду статья 'Иннокентий Федорович Анненский как филолог-классик'.

Кстати об этих примечаниях. Покойный, как показывает его первое предисловие, не намерен был их прибавлять; он боялся ими 'отпугнуть читателя-неспециалиста'. Думаю, что при условии помещения за текстом они никого отпугнуть не могут; с другой стороны, были и соображения в пользу их. Во-первых, полного комментированного издания Еврипида не существует, ни в нашей литературе, ни в заграничной. Во-вторых, желательно было привести это издание в гармонию с другими изданиями античной серии 'Памятников мировой литературы', и в особенности с моим переводом Софокла. В-третьих, и мне как редактору приятно было иметь место в книге, в котором я мог бы беседовать с читателем от себя лично.

Что касается, затем, вводных статей И. Ф. - из коих в настоящий первый том по выше изложенным причинам попала

X

только одна, то я отнесся к ним очень бережно, лишь изредка устраняя в интересах целого неудачные с филологической точки зрения соображения. Иногда я, впрочем, в видах большей ясности и убедительности, иначе распределил абзацы и разрядки. От полемики я, чтобы не нарушать настроения, воздерживался принципиально; мои прибавления в примечаниях - они заключены в прямоугольные скобки - имеют в виду развитие и подтверждение мысли автора.

Наконец, и это издание снабжено иллюстрациями по античным памятникам, объяснение которых читатель найдет в конце книги. В настоящий первый том их попало сравнительно немного; исполнены они художницей О. Э. Богаевской. В заключительном томе, назначенном для отрывков, их, надо полагать, будет гораздо больше.

Такова была моя редакторская работа по 'Театру Еврипида'. Две дорогие тени витали надо мной во время ее исполнения - тень автора и тень переводчика. Не всегда их требования были согласны между собой; в этих случаях я поступал так, как желал бы, чтобы - в дни, вероятно, уже не очень отдаленные - было поступлено с моим собственным наследием.

Ф. Зелинский.
Петроград,
декабрь 1915

XI

В интересах тех, кто желал бы прочесть драмы Еврипида в их временной последовательности, прилагаю их - повторяю, гадательную - хронологию, печатая курсивом заглавия тех трагедий, время постановки которых известно:

'Алкеста' 438 г.
'Медея' 431 г.
'Гераклиды'
'Ипполит' 428 г.
'Киклоп'
'Гекуба'
'Андромаха'
'Геракл'
'Просительницы'
'Троянки' 415 г.
'Ифигения Тавр.'
'Ион'
'Электра'
'Елена' 412 г.
'Финикиянки'
'Орест' 408 г.
'Вакханки' посм.
'Ифигения Авл.' посм.

Объяснение иллюстраций

405

1. (Стр. IV-V). Статуя Еврипида в Ватиканском музее; древняя копия с греческой работы IV в. до Р. Х., по фотографии.

Современная атрибуция изображения:
Статуя поэта с головой Еврипида, не принадлежащей статуе. Мрамор. Рим, Ватиканские музеи, Музей Кьярамонти.

См. в начале страницы


2. (Стр. 8). Смерть Алкесты. Рельеф мраморного римского саркофага из виллы Альбани в Риме. Здесь воспроизведена только правая половина (на левой изображены скорбящие), состоящая из двух групп. Первая вышла полностью: в центре, полулежа на кровати, умирающая Алкеста; у ее изголовья слева старая няня, справа молодая женщина; у ее ног плачущие дети; слева группу замыкает старый педагог Евмела; - Вторая группа вышла только наполовину: Адмет мимо плачущей женщины устремляется куда-то направо - как показывают параллельные изображения, навстречу приближающемуся Гераклу. - Миф об Алкесте, свидетельствующий о воскресении умерших, был излюбленным сюжетом для саркофагов. - Рисунок по Robert, die antiken Sarkophagliefs III, 1, 6-7, 23.

Позы Алькесты и её детей на рисунке повторяют изображение саркофага Музея Кьярамонти в Ватикане. Но, похоже, источником всё-таки является другой саркофаг, фрагментарное изображение которого я нашёл в Сети. Оба показаны на странице.



3. (Стр. 16). Сватовство Адмета. Барельеф из штукатурки в красках, находившийся в гробнице на Латинской дороге близ Рима, открытой в 1858 г. Справа на престоле во дворце (намечена колонна) сидит царь Пелий; рядом с ним Алкеста. Перед обоими Адмет торжествующим жестом правой руки указывает на исполнение условия: в колесницу, въезжающую в городские ворота, впряжены вепрь и лев. Ведет их Аполлон, как батрак, с пастушьим посохом в руке; на колеснице, по-видимому, Артемида, "владычица зверей". - Рисунок по Monumenti dell'Instituto VI 52.



4. (Стр. 18). Возвращение Алкесты. Рельеф мраморного саркофага Г. Юния Евода и его жены Метилии Актеи (двух отпущенников, стало быть) ок. 165 г. по Р. Х., неважной работы, но интересный по содержанию. Весь рельеф состоит из трёх групп, из которых здесь воспроизведена третья (две первые по содержанию совпадают с саркофагом Альбани, см. рис. 2). Справа на престолах Аид и Персефона, последняя, как богиня таинств, с горящим факелом в руке; она просит мужа (отпустить Алкесту), он жестом выражает согласие. Дальше укутанная в покрывало Алкеста следует за Гераклом; у последнего в левой руке палица, правую он протягивает встречающему его


406

Адмету. Между ними в пещере Кербер. Три женщины, головы которых виднеются между Адметом и Алкестой, - вероятно, Миры. - Рельеф интересен тем, что он иллюстрирует отвергнутый Еврипидом вариант предания (см. ст. 850 сл.) - вероятно, Софокла. - Рисунок по Robert, Ant. Sark. III 7, 26.

 


5. (Стр. 122). Смерть Неоптолема. Краснофигурная ваза из коллекции Ягга в Руво. Сверху (т. е. позади) открытый храм Аполлона в Дельфах, налево от него жрица с ключом и треножник, направо сидящий Аполлон (надпись: ΑΠΟΛΛΩΝ). Внизу (т. е. спереди) раненый Неоптолем (надпись: ΝΕΟΠΤΟΛΕΜΟΣ), с мечом, защищаясь хламидой, ищет убежища на алтаре. Слева ему угрожает копьем юноша, справа притаился за символическим "пупом" (omphalos) Орест (надпись: ΟΡΕΣΤΑΣ). Дальше пальма, под ней треножник. - Рисунок по Annali dell'Instituto 1868, tav. E.



6
. (Стр. 186-187). Смерть Пенфея. Фреска из дома Веттиев в Помпеях, хранится там же.
- Рисунок по фотографии.

В Сети можно увидеть цветные изображения фрески.



61. (Там же). Два сатира и вакханка. Рельеф из Геркулана, ныне в Неаполе. Вакханка с характерно закинутой головой (ср. ст. 930) и с тимпаном, но впрочем это изображение фантастическое: почти обнажена, без обуви, небриды и митры. У первого сатира в руке тирс, второй играет на двойной флейте, у обоих (вместо небрид) шкуры пантер. - Рисунок по фотографии.



7. (Стр. 206). Дирцея передает Гермесу Диониса. Краснофигурная ваза Имп. Эрмитажа в Петрограде. Действие происходит в пещере, жилище нимфы (иллюстрация к ст. 521). - Рисунок по оригиналу.

В Сети много изображений краснофигурных ваз из Эрмитажа. Но такого я не нашёл.



8.
(Стр. 306). Ослепленный Полиместор. Краснофигурная ваза из Лукании, некогда в Неаполитанском музее. В центре царь в варварском облачении, с тиарой на голове, ощупью ищет пути; направо Гекуба с посохом, поддерживаемая прислужницей; налево Агамемнон и телохранитель. - Рисунок по Monumenti dell'Instituto II tav. XII.



9. (Стр. 306). План священной ограды в Дельфах. По чертежу Помтова в издании Павсания Блюмнера и Гитцига III, табл. V.


См. в объяснительных примечаниях.

Появление анненских переводов Еврипида в представлении Зелинского вызвало полемику, инициированную близкими -- О. П. Хмара-Барщевской и В. Кривичем-Анненским.  Её исходный свод опубликован Зелинским в предисловии к 2-му тому. см. также письмо О. П. Хмара-Барщевской В. Г. Сахновскому от 18.10.1916.

Отклики, рецензии:

Винницкий. Хранители чистоты русского языка. // 'Голос Руси' от 19 января 1917 г.

Исследования:

Гитин В. Е. 'Театр Еврипида' Иннокентия Федоровича Анненского PDF 1,5 MB

 

Начало \ Именной указатель \ "Театр Еврипида" И. Ф. Анненского в редакции Ф. Ф. Зелинского, том I

Сокращения


При использовании материалов собрания просьба соблюдать приличия
© М. А. Выграненко, 2005-2019

Mail: vygranenko@mail.ru; naumpri@gmail.com

Рейтинг@Mail.ru     Яндекс цитирования