Начало \ Именной указатель \ Вс. А. Рождественский, персональная страница

Сокращения

Обновление: 25.07.2017

РОЖДЕСТВЕНСКИЙ
Всеволод Александрович

(1895-1977)


[4]

Поэт. Семья Рождественских занимала служебную квартиру на первом этаже Царскосельской Николаевской гимназии, где отец Всеволода преподавал Закон Божий. Вс. А. Рождественский всю жизнь был почитателем И. Ф. Анненского и посвятил ему несколько стихотворений. Кроме того, он неоднократно упоминал И. Ф. Анненского в своей публицистической прозе. В 1925 г. Вс. А. Рождественский подружился с Д. С. Усовым, но общение прервалось с арестом последнего.

Страница Википедии

Вс. А. Рождественского можно также увидеть в собрании на фотографии с четой Усовых, см. персональную страницу Д. С. Усова.


[3]


Стихотворения:

Иннокентий Анненский ('Чьи пальцы, так тонки и зыбки...') фрагмент
Иннокентий Анненский ("Ахматовой учителем он был...")
"Не ради осенённой славой даты..." (Памяти Анны Ахматовой)
В зимнем парке (1916), 4
("Сквозь падающий снег над будкой с инвалидом...")
Музыка в Павловске
(девятисотые годы)
"Если не пил ты в детстве студеной воды..."

Город Пушкина
<Надпись на книге "Тихие песни" Ин. Анненского>

Памяти Ин. Анненского в обзоре К. И. Финкельштейна

Страница воспоминаний Вс. А. Рождественского

В письме к Вс. Рождественскому его сестры О. А. Федотовой говорится об И. Анненском и его семье.

Вс. А. Рождественским была написана большая статья для газеты г. Пушкина "Вперёд" (нынче "Царскосельская газета"), 23.12.1959.

Вс. А. Рождественским была написана статья: 'Никто' и 'ничто' (памяти Анненского) // Жизнь искусства. 1919. ? 315. 11 декабря.

В личной библиотеке Вс. А. Рождественского хранилась часть книг Анненского по свидетельству:

Днем Рождественский показывает мне свои книжные богатства.
- Вот книги Иннокентия Анненского.

Иннокентий Басалаев. Записки для себя / Предисловие А. И. Павловского, публикация Е. М. Царенковой, примечания А. Л. Дмитренко. // Минувшее: Исторический альманах. 19. - М.; СПб.: Atheneum: Феникс. 1996. C. 374.

Басалаев Иннокентий Мемнонович (1897-1964) - публицист и мемуарист, второй муж И. М. Наппельбаум, дочери известного фотографа начала XX в.

Фотографию статуи "Pace" на её первоначальном месте, сделанную Вс. А. Рождественским в 1930-х годах, можно увидеть на странице Екатерининского парка г. Пушкина.

Тема "Рождественский и Анненский" в работах:

Кушнер А. С. "Среди людей, которые не слышат..."
Налегач Н. В. "Миф об Иннокентии Анненском в поэзии акмеистов".

Иннокентий Анненский фрагмент

<...>
С утра здесь кадили и пели,
Всего же спокойнее Сам,
Застывший на свежей постели
Зачем-то лицом к образам.

Быть может, он думает: "КТО же
Накроет меня простыней
И ландыш январский положит
На грудь задрожавшей рукой?

<1916>

ГБЛ, ф. 245, к. 11, ед. хр. 50, л. 6 об.

Свидетельство А. В. Лаврова и Р. Д. Тименчика в прим. 13 к публикации в ПК. Фрагмент приведён в:
Тименчик Р. Д. Поэзия И. Анненского в читательской среде 1910-х годов // А. Блок и его окружение. Учен. зап. Тарт. ун-та, вып. 680. Блоковский сборник. VI. Тарту: Тартуский гос. ун-т. 1985. С. 114.
Там же указано, что Вс. А. Рождественский, как член студенческого кружка "Арион",
"...пародировался в сочиненном в Кружке "Попурри из В. Рождественского", травестирующем, по-видимому, "Сиреневую мглу":

"В затуманенной улыбке фонаря,
Иннокентий, лишь тебя боготворя,
<...>
Иннокентий, Иннокентий, я горю.
Душу в образе печали сотворю"92

(ср. в позднейшей пародии Е. Геркена: "Ключ мне райской лиры Анненским вручен")93. Влияние Анненского на его стихи неоднократно отмечалось критикой94."

92 ГБЛ, ф. 245, к. 11, ед. хр. 50, л. 7.
93 Записки Передвижного театра, 1923, ? 66, с. 4.
94 Например, о его стихотворении "В детском сквере" (Арион. П., 1918, с. 47) автор "Огненного столпа" заметил что оно "напоминает сразу несколько вещей Анненского (Жизнь искусства, 1918, ? 4, 1 ноября). По-видимому, речь идёт прежде всего об "Одуванчиках".

 

Посмотреть крупнее
г. Пушкин
Липы Екатерининского парка
[2]

Иннокентий Анненский

Ахматовой учителем он был,
Он вел ее на строгие ступени
Под сводом лип и пушкинской сирени,
Где пруд колонну Славы отразил,
Заставил смело поглядеть в лицо
Всем искусам разлуки и тревоги
У страстных испытаний на пороге
И подарил старинное кольцо.
В него не камень вставлен, а печать
Из темных недр откопанного века
С двустишием неведомого грека:
'Цени слова, но дай им срок молчать'.
Она подарок вещий приняла
С крупицею античной горькой соли
И в одиночестве неженской доли
Безропотно сожгла себя дотла.

1976

 

Посмотреть крупнее
г. Пушкин
Чесменская растральная колонна
в Екатерининском парке
[2]

Вс. Рождественский. Стихотворения. Л., "Советский писатель", 1985 (Библиотека Поэта, большая серия, второе изд.).
Впервые: Вс. Рождественский. Психея. Книга лирики. Л., "Советский писатель", 1980, с. 166. Датируется по автографу.

Ахматовой учителем он был... - См. стихотворение А. Ахматовой "Учитель" (1945).
Где пруд колонну Славы отразил... - Имеется в виду Чесменская мраморная колонна, увенчанная бронзовым орлом (архитектор А. Ринальди), установленная над водой Большого пруда в память о победе русского флота в войне с Турцией в Чесменской бухте 26 июня 1770 г.

Содержание стихотворения -- плод воображения поэта и реальными фактами не подтверждается. Стихотворение анализируется в статье Н. В. Налегач
"Миф об Иннокентии Анненском в поэзии акмеистов".
С крупицею античной горькой соли - имеется в виду "аттическая соль" (Sal Atticum - лат.), то есть изящное остроумие, которым, по мнению Цицерона, обладали жители древней Аттики (прим. в Антологии, с. 635).

*     *     *

Памяти Анны Ахматовой

Не ради осененной славой даты
В тенистых парках Царского Села,
Сквозь листопад на этот холм покатый
Она стопою легкою прошла.

Ей полюбились светлые каскады,
Прохладный сумрак вековых аллей
И озеро, где плещутся наяды,
И бронзовый мечтатель, и Лицей.

Привычным стало ей камен соседство,
Осенних лип и облаков пожар...
Здесь Иннокентий Анненский в наследство
Ей передал бессмертных песен дар.

Был шум листвы, как памятные строфы,
И ветром счастья наполнялась грудь.
О, если б только знать, какой Голгофы
Был предназначен ей кремнистый путь!

Испить до дна яд славы и изгнанья,
Соединить веленьем вещих струн
Любви и скорби страстное дыханье
С пророчествами птицы Гамаюн.

Изведать плен неугасимой жажды,
Сгорать в томленье духа как свеча,
И слишком дорого платить за каждый
Живой глоток кастальского ключа!

Там, за Коцитом, сумраком одета,
Она хранит горчайших губ изгиб.
Из памяти ее не смыла Лета
Чуть слышный шелест царскосельских лип.

Ей все еще скользить бесплотной тенью
В тумане у овального пруда,
Дышать невозвратимою сиренью,
Когда едва прорезалась звезда.

И, стройная, под траурною тканью,
Средь белых статуй, навсегда жива,
Она стоит как скорби изваянье -
Поэзии безмолвная вдова.

1938

 

Посмотреть крупнее

 

Посмотреть крупнее
г. Пушкин
Большой пруд Екатерининского парка
[2]

Источник текста: сайт о Царском Селе "Великолепье небылицы" (уже не существующий).

вверх

В зимнем парке (1916)

4

Сквозь падающий снег над будкой с инвалидом
Согнул бессмертный лук чугунный Кифаред.
О Царское Село, великолепный бред,
Который некогда был ведом аонидам!

Рожденный в сих садах, я древних тайн не выдам.
(Умолкнул голос муз, и Анненского нет...)
Я только и могу, как строгий тот поэт,
На звезды посмотреть и 'все простить обидам'.

Воспоминаньями и рифмами томим,
Над круглым озером метется лунный дым,
В лиловых сумерках уже сквозит аллея,

И вьюга шепчет мне сквозь легкий лыжный свист,
О чем задумался, отбросив Апулея,
На бронзовой скамье кудрявый лицеист.

декабрь 1921

 

 


Статуя "Аполлон-Мусагет" в Павловском парке.
См. о ней комментарий к стихотворению Э. Ф. Голлербаха
"Всеволоду Рождественскому".

Вс. Рождественский. Стихотворения. Л., "Советский писатель", 1985 (Библиотека Поэта, большая серия, второе изд.).
Впервые: Петербургский сборник. Пб., 1922, с. 29, с посв. Э. Голлербаху (1896-1942); Царское Село в поэзии, Пб., 1922, под загл. "Царское Село". Датируется по автографу в беловой тетради 1956-1957 гг. Э. Ф. Голлербах ответил стихотворением "Всеволоду Рождественскому".

Над будкой с инвалидом... - При Александре I и позднее надзор за порядком в царскосельских парках был поручен солдатам-инвалидам Отечественной войны 1812 г.
Чугунный Кифаред - Статуя Аполлона-Кифареда (букв.: играющего на кифаре) в Павловском парке. См. комментарий к ответному стихотворению Э. Ф. Голлербаха "Всеволоду Рождественскому".
Аониды (греч. миф.) - прозвище муз (Аония - часть Беотии, области в Греции, где на горе Геликон, по поверьям древних, обитали музы).
Анненский И. Ф. (1856-1909) - поэт, переводчик трагедий Еврипида, автор драмы "Фамира-Кифарэд", директор Царскосельской гимназии, где учился Рождественский. Дата рождения И. Анненского указана в источнике неверно (см. статью А. Орлова "Юношеская биография Иннокентия Анненского").
"Всё простить обидам". - Возможна реминисценция двух стих. Анненского: оригинального (
'"Pace". Статуя мира') и перевода из Гейне "Ich grolle nicht...", начинающегося строкой: Я всё простил: простить достало сил..." Стих. Гейне привлекло внимание и самого Рождественского (см. стих. 108 "Ich grolle nicht...", 1920-е гг., посв. музыке Шумана на эти стихи).
О чём задумался, отбросив Апулея... и т. д.
- Речь идёт о юном Пушкине (ср. в "Евгении Онегине": "...Читал охотно Апулея, А Цицерона не читал" (VIII, I). Апулей (II в.) - римский писатель, автор книги "Золотой осёл".

Стихотворение анализируется в статье Н. В. Налегач "Миф об Иннокентии Анненском в поэзии акмеистов".

Музыка в Павловске
(девятисотые годы)

Оранжерейная ли роза
В окне кареты и лакей,
Или одышка паровоза
Над влажным гравием аллей,

Густое, свежее пыланье
Дубов и окон на закат,
Или игла воспоминанья,
Пруды и стылый листопад?

Не знаю... Шипром и сиренью
По сердцу холод пробежал,
И я вхожу воскресшей тенью
В старинный Павловский вокзал.

Вновь гимназист, смущен и кроток,
Иду смущенно по рядам
Средь генеральш, актрис, кокоток
И институтских классных дам.

У входа фраки и мундиры,
Билеты рвут кондуктора,
Волочат саблю кирасиры,
Вербеной веют веера.

Духов доносится дыханье,
Летит позвякиванье шпор,
И музыка по расписанью
Ведет негромкий разговор.

Как передышка от парадов,
Как заглушенный вальсом страх,
Тупое скрещиванье взглядов
И рядом с Бахом - Оффенбах.

Лицеем занят левый сектор,
Правей гусары, 'свет', а там
Средь бальных платьев мой директор,
Меланхоличен, сух и прям.

Он на поклон роняет веки
И, на шнурке качнув лорнет,
Следит за облаком на треке
Под романтический септет.

Аплодисменты. Разговора
Неспешный гул. Сдвиганье мест.
И вновь три такта дирижера,
Насторожившийся оркестр.

Все ждут. Запела окарина,
Гудят смычки. Удар упал,
И в медном грохоте лавина
Со сводов рушится на зал.

В дожде, в сверкающей лазури,
В мельканье дьявольском локтей,
В прорывах грома, в свисте бури
Весь блеск, весь ужас этих дней!

О флейты Шуберта! С откоса
Сквозь трубы и виолончель
Летите в мельничьи колеса,
Где лунно плещется форель,

Взрывайте, веселы и живы,
Мир зла, обмана и измен,
Стучите, как речитативы
Под кастаньетами Кармен!

В надрывном голосе фагота
И в струнном бешенстве смычков
Предчувствие водоворота,
Размыва, оползня веков.

И нет плотины, нет спасенья
От музыки. Останови,
Когда ты можешь, наводненье
И грохот гибели в крови!

Уже летают паутинки,
И осень века вплетена
В мигрень Шопена, голос Глинки,
В татарщину Бородина.

Уже летит по ветру роза,
И ниже клонятся весы,
А дымный отклик паровоза
Вступает в Баховы басы.

1929

Вс. Рождественский. Стихотворения. Л., "Советский писатель", 1985 (Библиотека Поэта, большая серия, второе изд.).
Впервые: Вс. Рождественский. Земное сердце. Книга лирики. 1929-1932. Л., 1933, с. 93, под загл. "Павловский вокзал (Девятисотые годы)". Датируется по авторизованной машинописи. В стихотворении описываются музыкальные концерты, устраиваемые, начиная с 1830-х годов, в специально построенном павильоне Павловского парка -- Павловском вокзале (ныне не сохранившемся).

Кирасиры -- род войск тяжёлой кавалерии.
Мой директор -- И. Ф. Анненский.
Трек -- площадка и дорожки для спортивных игр, рядом с ж.-д. станцией Павловск-2 и зданием музыкального павильона.
Септет -- музыкальное произведение для семи исполнителей.
Окарина -- флейта.
Мельничьи колёса, форель -- намёк на вокальный цикл Ф. Шуберта (1797-1828) "Прекрасная мельничиха" (1823).
Татарщина Бородина -- имеется в виду опера "Князь Игорь".

Город Пушкина

Нет, не мог он остаться в былом!
Неподвластный обычным законам,
Бывший некогда Царским Селом,
Стал он царственных муз пантеоном.

Видел город сквозь грохот и тьму
Над собой раскаленное небо,
Вражьей злобой прошло по нему
Беспощадное пламя Эреба.

Но над пеплом есть праведный суд,
И ничто не уходит в забвенье.
Музы, в свой возвращаясь приют,
За собою ведут поколенья.

Сколько струн, незабвенных имен
Слышно осенью в воздухе мглистом,
Где склоняются липы сквозь сон
Над бессмертным своим лицеистом!

К белым статуям, в сумрак аллей,
Как в Элизиум древних видений,
Вновь на берег эпохи своей
Возвращаются легкие тени.

На любимой скамье у пруда
Смотрит Анненский в сад опушенный,
Где дрожит одиноко звезда
Над дворцом и Кагульской колонной.

А старинных элегий печаль
Лечит статуй осенние раны,
И бросает Ахматова шаль
На продрогшие плечи Дианы.

Юность Пушкина, юность твоя
Повторяют свирели напевы,
И кастальская льется струя
Из кувшина у бронзовой девы.

Декабрь 1973

Вс. Рождественский. Стихотворения. Л., "Советский писатель", 1985 (Библиотека Поэта, большая серия, второе изд.).
Впервые: Огонёк, 23, 1974, без строф 1-3. Датируется по автографу.

Эреб (греч. миф.) - олицетворение вечного мрака.
Элизиум - см. прим. к предыдущему стихотворению.
Дворец - Екатерининский дворец в Царском Селе, построенный Растрелли в 1752-1757 гг.
Кагульская колонна поставлена в Екатерининском парке в честь победы русских войск под командованием А. П. Румянцева-Задунайского над турками на реке Кагул в 1770 г. во время русско-турецкой войны 1768-1774 гг.
И бросает Ахматова шаль... - А. Ахматова носила в молодости шаль, воспетую А. Блоком ("Анне Ахматовой", 1914) и О. Мандельштамом ("Вполоборота, о печаль...", 1914).
Диана - здесь: мраморная скульптура в Екатерининском парке.
Кастальская струя (Кастальский ключ) - водный источник Парнаса; в Древней Греции считался источником поэтического вдохновения.
Из кувшина у бронзовой Девы. - Речь идёт о фонтане "Девушка с кувшином" (скульптор П. Соколов) в Екатерининском парке г. Пушкина (бывш. Царское Село). Воспет А. С. Пушкиным в стих. "Царскосельская статуя".

Стихотворение анализируется в статье Н. В. Налегач "Миф об Иннокентии Анненском в поэзии акмеистов".

<Надпись на книге
"Тихие песни" Ин. Анненского>

Когда томили нас Апухтин и "Лакмэ",
Когда на скучный дождь мы выгнали поэму,
Ты первый перевёл Стефана Маллармэ
И дерзостным "Никто" назвался Полифему.

Здесь Ледин выводок, здесь Царское Село -
Видений и котурн мучительная мета.
Я был твоим птенцом. Прими, прими поэта,
Последний Лоэнгрин, под снежное крыло!

1924

Вс. Рождественский. Стихотворения. Л., "Советский писатель", 1985 (Библиотека Поэта, большая серия, второе изд.).
Печ. впервые по датированному автографу.

"Тихие песни" - единственный поэтический сборник Анненского, вышедший (под псевднимом Ник. Т-о) при жизни поэта. Именем "Никто"  назвался герой Гомера Одиссей циклопу Полифему.
Русскому поэту А. Н. Апухтину (1840-1893) Рождественский посвятил стих. "Апухтин в Царском Селе", завершающееся словами: "И в сырости годов восьмидесятых Роняло листья Царское Село".
"Лакмэ" (1883) - опера французского композитора Л. Делиба (1836-1891).
Когда на скучный дождь мы выгнали поэму. Среди стих. французского поэта-лирика Стефана Маллармэ (1842-1898), переведённых Анненским, - стих. "Дар поэмы" ("Don du poeme").
Ледин выводок. Леда - см. выше прим. к стих. "Если не пил ты в детстве студеной воды..." Многочисленные мифы по-разному рассказывают о потомстве Леды и Зевса. В толковании Рождественского это, видимо, лебеди, как принятый в европейской литературе символ лирического поэта.
Царское Село - здесь: колыбель поэтов.
Котурны - род сандалий с очень толстой подошвой. Надевались актёрами античного театра для увеличения роста с целью придания большей величественности образам богов и героев античной трагедии.
Лоэнгрин - герой оперы немецкого композитора Р. Вагнера (1813-1883), построенной на сказаниях северных приморских стран: рыцарь приплывает в ладье, ведомой лебедем, и спасает покинутую и преследуемую девушку от смертельных страданий.

Стихотворение анализируется в статье Н. В. Налегач "Миф об Иннокентии Анненском в поэзии акмеистов".

вверх

*    *    *

Сады прекрасные! Под сумрак ваш священный
Вхожу с поникшей головой...

Пушкин

Если не пил ты в детстве студеной воды
Из разбитого девой кувшина,
Если ты не искал золотистой звезды
Над орлами в дыму Наварина, -
Ты не знаешь, как эти прекрасны сады
С полумесяцем в чаще жасмина.

Здесь чугунная Леда раскинутых крыл
Не отводит от жадного лона,
Здесь Катюшу Бакунину Пушкин любил
У дрожащего золотом клена,
И в прогулках над озером горько томил
Ионический бред Камерона.

Лебедей здесь кормили камены с руки,
Дни вела Аполлонова пряжа,
Всё смывающий ветер нецарской тоски
Заворачивал перья плюмажа,
И лукавый барокко бежал в завитки
На покатых плечах 'Эрмитажа'.

С Иннокентием Анненским нашу весну
Я не звал в Эврипидовы рощи, -
Медногорлые трубы мне пели войну,
День вставал непреклонней и проще.
Ни о чем не жалея, я встретил луну
Под покровом державинской нощи.

О, Элизиум муз! В лебедином бреду,
Обожжённый дыханьем столетий,
По дряхлеющим паркам я юность веду,
Сам струюсь отраженьем 'Мечети',
И шумят, как бывало, в Лицейском саду
Академики, липы и дети.

Зарастает ромашкою мой городок,
Прогоняют по улицам стадо.
На бегущий в сирень паровозный свисток
У прудов отвечает дриада.
Только был бы мой парк золотист и широк -
Ничего от судьбы мне не надо.

Здесь сандалии муз оставляют следы
Для перстов недостойного сына,
Здесь навеки меня отразили пруды,
И горчит на морозе рябина -
Оттого что я выпил когда-то воды
Из разбитого девой кувшина.

между 1925 и 1928

 

 

 

 

Посмотреть крупнее
г. Пушкин
Фонтан "Девушка с кувшином"
в Екатерининском парке
Скульптор П. П. Соколов, инженер А. А. Бетанкур
[2]

Посмотреть крупнее
Надгробие на могиле Вс. А. Рождественского
Некрополь "Литераторские мостки"
С.-Петербург, Волковское кладбище
[2]

Вс. Рождественский. Стихотворения. Л., "Советский писатель", 1985 (Библиотека Поэта, большая серия, второе изд.).
Впервые: Вс. Рождественский. Гранитный сад. Книга лирики. 1925-1928. Л., 1929.
Приводится вариант первого издания, т. к. в позднем (1978), напечатанном в источнике в качестве основного, среди прочих изменений, отсутствует четвёртая строфа, в которой говорится об И. Ф. Анненском. Более того, в ней фигурировали Н. С. Гумилёв и А. А. Ахматова, о чём см. ниже комментарий из Антологии.
Эпиграф в ранних публикациях - из стих. "Воспоминания в Царском Селе" (1829).

Из разбитого девой кувшина... - см. комментарий к стихотворению "Город Пушкина".
Над орлами в дыму Наварина... - Имеется в виду обелиск в Екатерининском парке, поставленный в память морского боя 1770 г., когда русские войска взяли турецкую крепость Наварин.
Леда (греч. миф.) - возлюбленная Зевса, который являлся к ней в виде лебедя. Имеется в виду скульптура в Екатерининском парке.
Катюша Бакунина - Екатерина Бакунина (1795-1869) - сестра лицейского товарища Пушкина. Ей посвящены стихи Пушкина 1815-1817 гг.
Ионический бред Камерона. Ч. Камерон - архитектор (1730-е годы -1812).
Лебедей здесь кормили камены с руки... - Озеро с лебедями упоминается в стих. Пушкина "Городок" (1815).
Плюмаж - султан, украшение военного головного убора. У Екатерининского парка в пушкинское время были расположены казармы гусар.
Барокко (итал., буквально: странный, причудливый) - основное стилевое направление в искусстве Европы конца XVI - середины XVIII в., отличавшееся декоративной пышностью и живописностью. В этом стиле построен "Эрмитаж" в Екатерининском парке (архитектор - Растрелли, 1700-1771).
Элизиум (греч. миф.) - поля блаженных, загробный мир, куда попадают праведники.
"Мечеть" - павильон "Турецкая баня", построенный в виде мечети в Екатерининском парке.

ИСТОЧНИКИ

1. Евгений Маркович Головчинер. Истоки Пушкинского краеведения. Серия "Прогулки по городу Пушкину". Составители А. Г. Груздева и А. В. Косарева. СПб.: Серебряный век, 2005.
2.
Фото составителя. 19-20 сентября 2009 г.
3.
Кирилл Финкельштейн. Императорская Николаевская царскосельская гимназия: Ученики. СПб.: Серебряный век, 2009 (серия "Прогулки по городу Пушкину").
4. http://kfinkelshteyn.narod.ru/Tzarskoye_Selo/Uch_zav/Nik_Gimn/NGU_Rozhdest.htm

вверх

Начало \ Именной указатель \ Вс. А. Рождественский, персональная страница

Сокращения


При использовании материалов собрания просьба соблюдать приличия
© М. А. Выграненко, 2005-2017

Mail: vygranenko@mail.ru; naumpri@gmail.com

Рейтинг@Mail.ru     Яндекс цитирования