Начало \ Стихотворные переводы \ Вакхилид Алфавитный указатель
Мифологический словарь

Сокращения

Обновление: 30.07.2020

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17

ВАКХИЛИД

Номер в квадратных скобках -- по Библиографии.

Вакхилид, Бакхилид (Bakculidhz) (около 500-450 гг. до н. э.) - младший современник Пиндара, и как автор эпиникиев, его подражатель и соперник на состязаниях. Не отличаясь пиндаровской глубиной мысли, стихи Б. славились главным образом изяществом формы, прозрачной простотой языка, пластичностью образов. До конца XIX века Вакхилида знали только по цитатам у других авторов. В 1896 г. в египетских папирусах Британского музея было обнаружено 14 победных од и 6 так называемых дифирамбов - вакхических песен, первоначально связанных с культом Диониса. Впоследствии темы для дифирамбов заимствовались поэтами из мифов и о других богах и героях, которым, как и Дионису-Вакху, довелось пройти через тяжёлые испытания. Кроме мелических отрывков, от Б. до нас дошли две эпиграммы.

Античная лирика. М., "Художественная литература", 1968 (Библиотека Всемирной Литературы).

Страница Википедии

Стихотворение 17 (по общепринятой нумерации) было переведено в январе 1898 г., как это следует из переписки Анненского с В. К. Ернштедтом (письма Анненского к 1-му января 1898 г., 24.01.1898, 15.03.1898, 25.03.1898). Перевод последовал за обстоятельным разбором и прозаическим переводом новонайденных стихотворений Вакхилида, который представил 17 декабря 1897 г. Ф. Ф. Зелинский в своем докладе в заседании С.-Петербургского отделения Общества классической филологии и педагогики. Он назвал их третьей и четвёртой "балладами". Этот доклад зафиксирован в виде статьи "Вакхилид" (1898), вошедшей в книгу "Из жизни идей", в раздел "Воскресшие поэты", см. фрагмент ниже. Её подразумевал Анненский, говоря о "воскресшем" поэте в своей рецензии на 2-е издание книги ("Гермес", ? 19, 1908).

Источник текста: Зелинский Ф. Ф. Вакхилид // Зелинский Ф. Ф. Из жизни идей. В 2 т. Т. 1 / Репринт с изд. 1911, 1916. М.: Ладомир, 1995. (Ф. Зелинский. Из жизни идей: научно-популярные статьи. В четырех томах. Тома первый и второй / Издание третье, исправленное и дополненное. Петроград, Типография М. М. Стасюлевича. С. 86-95).

86

Остаются, таким образом, две: третья и четвертая; из них последняя законченна, если не по форме,
далее фрагмент репринта DJVU 500 KB

Источник текста: ЖМНП,1898, ч. CCCXVII. Май. Паг. 5, с. 54-57.
Вслед за переводом приведена археографическая статья П. В. Никитина "К Вакхилиду" (с. 58-62).
В этом же выпуске журнала
опубликовано окончание статьи Б. В. Фармаковского "Вакхилид и аттическое искусство V века. (К XVII стихотворению Вакхилида "Молодежь и Фесей")", начатой в ч. CCCXVI, апрель, с. 28-48. Статья содержит прозаический перевод и сопровождается рисунками -- изображениями античных ваз. Обращает внимание редакционная сноска к статье: "Считаем нелишним заметить, что статья Б. В. Фармаковского уже набиралась, и притом в отсутствии автора, когда в 1-й книжке XXXIII тома Hermes'а появилась статья проф. К. Роберта "Theseus und Meleagros bei Bakchylides".
Ф. Ф. Зелинский назвал Анненского
"автором прекрасного русского перевода вакхилидовой баллады", написав о 17-й песне статью "Венец Амфитриты в балладе Вакхилида" (Филологическое обозрение. 1898. Т. XIV, кн. 1, паг. 1, с. 7).

В начале 1898 г. Анненский выполнил перевод вновь открытого стихотворения Вакхилида и вскоре опубликовал его (см.: Анненский И. "Юные жертвы или Фесей" Вакхилида // ЖМНП, 1898. Ч. CCCXVII. Май. Паг. 5, с. 54-57; Сборник статей по классической филологии, 1898. СПб., 1898. Вып. 2, с. 54-57). Этот перевод получил высокую оценку в среде филологов-классиков. См., например:

- Краткий отчёт о деятельности Общества классической филологии и педагогики в С.-Петербурге за 1897/1898 учебный год // Филологическое обозрение, 1898. Т. XIII. Кн. 1. Паг. 1, с. 69. Без подписи;
- Яреш Ф. Л. О Бакхилиде и его вновь найденных поэтических произведениях: (Читано в Киевском Отделении Общества Классической Филологии и Педагогики в окт. 1898 г. // "Гимназия", 1898, т. CXIX, вып. 5, с. 10;
- Эллинская культура в изложении Фр. Баумгартена, Фр. Поланда, Рих. Вагнера / Пер. М. И. Берг; под ред. Ф. Ф. Зелинского. СПб., Брокгауз-Ефрон, 1906, вып. V, с. 453;
- Гаспаров М. Примечания // Пиндар; Вакхилид. Оды; Фрагменты / АН СССР; Подг. М. Л. Гаспаров. М., "Наука", 1980, с. 496.

См. также письма Анненского к редактору отдела классической филологии ЖМНП по поводу "Тесея" Вакхилида (АРАН, ф. 733, Ернштедт В. К., оп. 2, ? 15, л. 7 об, 11 об-12 об, 14-14 об).

Червяков А. И. Коммент. в кн.:  УКР I, с. 229.


Юные жертвы, или Фесей

СТРОФА I

Волны грудью синей рассекая,
Море Критское триера пробегала,
А на ней к угрозам равнодушный
Плыл Фесей, и светлые красою

5
Семь юниц, семь юных ионийцев...
И пока в угоду Деве браней
На сиявшей парус Бореады
Налегали девы, Афродита,
Что таит соблазны в диадеме,

10
Меж даров ужасных жало выбрав,
В сердце Миносу-царю его вонзила,
И под игом страсти обезволен,
Царь рукой ланит лилейных девы,
Эрибеи с ласкою коснулся...

15
Но в ответ к потомку Пандиона
"Защити" юница завопила...
Обернулся витязь, и, сверкая,
Заметались темные зеницы;
Жало скорби грудь ему пронзило

20
Под ее блистающим покровом,
И уста промолвили: "О, чадо
Из богов сильнейшего - Кронида:
У тебя бушуют страсти в сердце,
Да рулем не правит совесть, видно,

25
Что герой над слабыми глумится".

АНТИСТРОФА I

"Если жребий нам метали боги
И его к Аиду Правда клонит,
От судьбы мы не уйдем. Но с игом
Произвола царского помедли.

30
Вспомни, царь, что если властелином
Зачат ты на ложе Зевса дщерью
Финикса, столь дивно нареченной,
Там, на склонах Иды, то рожденьем
И Фесей не жалок: Посейдону

35
Дочь меня Питфеева родила,
Что в чертоге выросла богатом,
А на пире брачном у невесты
Золотое было покрывало,
Нереид подарок темнокосых.

40
Говорю ж тебе и повторяю,
О Кноссийских ратей повелитель,
Или ты сейчас же бросишь, воин,
Над ребенком плачущим глумиться,
Иль пускай немеркнущей денницы

45
Мне сиянья милого не видеть,
Если я сорвать тебе позволю
Хоть одну из этих нежных веток.
Силу рук моих изведай раньше, -
А чему потом случиться надо,

50
Это, царь, без нас рассудят боги".

ЭПОД I

Так доблестный витязь сказал и умолк;
И замерли юные жертвы
Пред этой отвагою дерзкой...
Но Гелиев зять, в разгневанном сердце

55
Узор небывалый выводит,
И так говорит он: "О, Зевс, о, отец
Могучий, коль точно женою
Рожден я тебе белорукой,
С небес своих молнию сыну

60
Пошли ты, и людям на диво
Пусть огненной сыплется гривой!
Ты ж, витязь, коль точно Эфра
Тебя колебателю суши
Дала Посейдону в Трезене,

65
Вот эту златую красу,
Которой десница сияла,
Отважно в отцовский чертог снизойдя,
Вернешь нам из дальней пучины.
А внемлет ли Кроний сыновней мольбе,

70
Царь молний, увидишь не медля..."

СТРОФА II

И внял горделивой молитве Кронид
И сыну без меры могучий
И людям на диво почет он родит:
Он молнией брызнул из тучи, -

75
И славою полный воспрянул герой,
Надменное сердце взыграло,
И мощную руку в эфир голубой
Воздел он, а речь зазвучала;
Вещал он: "Ты ныне узрел, о Фесей,

80
Как взыскан дарами отца я,
Спускайся же смело за долей своей
К властителю тяжко гремящих морей,
И, славой Фесея бряцая,
Заросшая лесом земля загудит;

85
Коль так ей отец твой державный велит".
Но ужас осилить Фесея не смог:
Он н
á борт, он в море шагает, -
И с лаской приемлет героя чертог,
А в Миносе мужество тает:

90
Триеру велит он на веслах держать, -
Тебе ли, о смертный, судьбы избежать?

АНТИСТРОФА II

И снова по волнам помчалась ладья,
Покорна устам Бореады...
Да в страхе теснилась афинян семья,

95
Бросая печальные взгляды
На пену, в которой сокрылся герой;
И в волны с сияющих лилий
Горячие слезы сбегали порой
В предчувствии тяжких насилий...

100
Фесея ж дельфины, питомцы морей,
В чертог Посейдона примчали, -
Ступил за порог, - и отпрянул Фесей,
Златого Нерея узрев дочерей:
Тела их, как пламя, сияли...

105
И локоны в пляске у дев развились,
С них ленты златые каскадом лились...
И, мерным движеньем чаруя сердца,
Сребрились их гибкие ноги.
Но гордые очи супруги
отца

110
Героя пленили в чертоге...
И Гере подобясь, царица меж дев
Почтила Фесея, в порфиру одев.

ЭПОД II

И кудри герою опутал венец...
Его темно-розовой гущей

115
Когда-то для брачного пира
Ей косы самой венчала Киприда,
Чаруя, златые увила...
И чудо свершилось... для бога оно -
Желанье, для смертного чудо:

120
У острой груди корабельной, -
На горе и думы Кноссийцу, -
Фесей невредим появился...
И дивно дарами сиял он...
А девы, что краше денницы,

125
Восторгом объяты нежданным,
Веселые клики подъяли,
А море гудело, пеан
Товарищей их повторяя,
Что лился свободно из уст молодых...

130
Тебе, о делосец блаженный,
Да будешь ты спутником добрых,
О, царь хороводов родимых.



Тезей и минотавр.
Лувр (Париж)
http://www.mythagora.com/bios/gallery/theseuspix.html

Вторая публикация:
Вакхилид. Фесей или юные жертвы / И. Ф. Анненский // Эллинская культура / В изложении Фр. Баумгартена, Фр. Поланда, Рих. Вагнера; Пер. М. И. Берг под ред. Ф. Ф. Зелинского. СПб.: Изд. Брокгауз-Ефрон, 1906. Вып. V. С. 450-451, 453-456. [344]
Цифровая копия на сайте "Электронекрасовка": https://electro.nekrasovka.ru/books/233

452 подраздел "Дифирамбы"

Последние 6 песен впервые дают нам настоящее представление о других видах греческой лирики и стоят ближе к нашему пониманию, чем победные. Это -- легендарные рассказы на подобие баллад, распевавшиеся хорами на праздниках в честь богов. Впоследствии эти песни, по-видимому, всюду назывались дифирамбами, даже

453

когда они не посвящались Дионису, а Аполлону или другим богам. В этих песнях поэт, вкратце намекавший на назначение их в начале и в конце, мог свободно петь все, что ему внушала муза. Здесь, кстати, упомянем, что одна из песен проливает свет на происхождение трагедии*. <...> Полное поэтическое наслаждение доставляет античная параллель к балладе о "Кубке"**. Она передает прекрасно изображенный и на вазах (ср. табл. VIII и рис. 202) эпизод о путешествии Фесея в Крит, куда Минос увез его, вместе с другими афинскими юношами и девушками, как жертву Минотавру. Мы приводим ее в переводе И. И. Анненского <ошибка набора в отчестве>, любезно разрешившего нам воспользоваться его трудом:" <далее текст песни 17>

* Думается, что речь идёт о песне 18, см. ниже пояснение и перевод Анненского из лекций "История античной драмы".
** Речь идёт о стихотворении В. А. Жуковского "Кубок"; в оригинале книги -- баллада Фр. Шиллера "Ныряльщик", переводом которой является "Кубок".

  
Табл. VIII описание; рис. 202 (с. 323).

Следующая публикация ожидалась почти 30 лет (спасибо А. Никитину-Перенскому и его сайту http://imwerden.de/ за возможность обращения к цифровой копии):
Вакхилид. Юные жертвы, или Фесей / И. Ф. Анненский // Лирика древней Эллады: В переводах русских поэтов / Собрал и коммент. Я. Голосовкер. М. Л.: Academia, 1935. С. 55-60. [381]
Думаю, что эта замечательная книга стала источником последующих публикаций, в том числе и погрешностей. Я. Э. Голосовкер
поместил слово "пеан" в скобках под заголовком, а также убрал нумерацию каждого 5-го стиха. В этом за ним последовал С. А. Ошеров, см. ниже. В примечаниях составитель употребил слово "баллада", введённое Ф. Ф. Зелинским, и несколько изменил название, данное Анненским (с. 179):

"Классический хоровой мелос в своем каноническом построении расчленялся на строфу, антистрофу и эпод: нововведение поэта Стесихора (VI в.). Античная баллада Вакхилида "Юные жертвы и Фесей" -- изысканный образец такого канона."

Далее Я. Э. Голосовкер указал (с. 179):

"Для славления Аполлона возник пеан, для славления Диониса -- дифирамб."

Затем перевод Анненского из Вакхилида появляется в известной хрестоматии (первое издание вышло в 1935 г.):
Вакхилид.
Молодежь, или Тезей (с изменениями) // Дератани Н. Ф., Тимофеева Н. А., Эльман А. П. Хрестоматия по античной литературе для высших учебных заведений: В 2-х т. 4-е изд. М.: Гос. учебно-пед. изд-во Наркомпроса РСФСР, 1939. Т. 1: Греческая литература. С. 121-124. [387]
Зачем понадобились изменения, начиная с названия, непонятно. Пеан при этом стал дифирамбом. В последующих переизданиях хрестоматии, вплоть до 2005 г., текст повторялся (со многими опечатками). Привожу его по 7-му изданию (1965), [403], с. 122-125, слева.
Буквенные сноски изменены мною на цифровые.

Следующая публикация, опять с изменениями:
Бакхилид. Юноши, или Тесей // Античная лирика: Пер. с древнегреческого и латинского / Вступ. статья С. Шервинского; Сост. и прим. С. Апта и Ю. Шульца. М.: "Художественная литература", 1968 (Библиотека Всемирной Литературы). С. 108-112. [404] Текст  справа, пояснения мною оформлены в виде цифровых сносок, повторяющиеся не приводятся.


Молодёжь, или Тесей
(дифирамб)

СТРОФА I

Волны грудью синей рассекая,
Море Критское триера1 пробегала,
А на ней к угрозам равнодушный
Плыл Тесей, и светлые красою
Семь юниц, семь юных ионийцев...
И пока в угоду Деве браней2
На сиявшей парус Бореады
Налегали девы3, Афродита,
Что таит соблазны в диадеме,
Меж даров ужасных жало выбрав,
В сердце Миносу царю его вонзила,
И под игом страсти обезволен,
Царь рукой лица коснулся девы
Эрибеи, с ласкою коснулся...
Но в ответ потомку Пандиона4
"Защити!" юница завопила...
Обернулся тут Тесей, сверкая,
Заметались темные зеницы;
Жало скорби грудь ему пронзило
Под ее блистающим покровом,
И уста промолвили: "О чадо
Из богов сильнейшего - Кронида5,
У тебя бушуют страсти в сердце,
И рулем не правит совесть, видно,
Что герой над слабыми глумится".

АНТИСТРОФА I

"Если жребий нам метали боги
И его к Аиду6 Правда клонит,
От судьбы мы не уйдем, но с игом
Произвола царского помедли.
Вспомни, царь, что если властелином
Зачат ты на ложе Зевса дщерью
Феника, столь дивно нареченный,
Там, на склонах Иды7, то рожденьем
И Тесей не жалок: Посейдону
Дочь меня Питтеева8 родила,
Что в чертоге выросла богатом,
А на пире брачном у невесты
Золотое было покрывало,
Нереид9 подарок темнокосых.
Говорю ж тебе и повторяю,
О, кносийских10 ратей повелитель,
Или ты сейчас же бросишь сам
Над ребенком плачущим глумиться,
Иль пускай немеркнущей денницы
Мне сиянья милого не видеть,
Если я сорвать тебе позволю
Хоть одну из этих нежных веток.
Силу рук моих изведай раньше, -
А чему потом случиться надо,
Это, царь, без нас рассудят боги".

ЭПОД I

Так доблестный витязь сказал и умолк,
И замерли юные жертвы
Пред этой отвагою дерзкой...
Но Гелиев зять11 в разгневанном сердце
Узор небывалый выводит,
И так говорит он: "О Зевс, о отец
Могучий, коль точно женою
Рожден я тебе белорукой,
С небес своих молнию сыну
Пошли ты, и людям на диво
Пусть огненной сыплется гривой!
Ты же, мощный, коль точно Эстра
Тебя колебателю суши
Дала Посейдону в Трезене12,
Вот эту златую красу13,
Которой десница сияла,
Отважно в отцовский чертог снизойдя,
Вернешь нам из дальней пучины.
А внемлет ли Кроний сыновней мольбе,
Царь молний, увидишь не медля..."

СТРОФА II

И внял горделивой молитве Кронид,
И сыну без меры могучий
И людям на диво почет он родит:
Он молнией брызнул из тучи, -
И славою полный воспрянул герой,
Надменное сердце взыграло,
И мощную руку в эфир голубой
Воздел он, и речь зазвучала;
Вещал он: "Ты ныне узрел, о Тесей,
Как взыскан дарами отца я,
Спускайся же смело за долей своей
К властителю тяжко гремящих морей,
И, славой Тесея бряцая,
Заросшая лесом земля загудит,
Коль так ей отец твой державный велит".
Но ужас осилить Тесея не смог:
Он за борт, он в море шагает...
И с лаской приемлет героя чертог,
А в Миносе мужество тает:
Триеру велит он на веслах держать.
Тебе ли, о смертный, судьбы избежать?

АНТИСТРОФА II

И снова по волнам помчалась ладья,
Покорна устам Бореады...
И в страхе теснилась афинян семья,
Бросая печальные взгляды
На пену, в которой сокрылся герой;
И с глаз их, как лилии, нежных
Горячие слезы сбегали порой
При виде судеб неизбежных.
Тесея ж дельфины, питомцы морей,
В чертог Посейдона примчали, -
Ступил за порог, - и отпрянул Тесей,
Златого Нерея узрев дочерей:
Тела их, как пламя, сияли...
И локоны в пляске у дев развились,
С них ленты златые каскадом лились...
И, мерным движеньем чаруя сердца,
Сребрились их гибкие ноги.
Но гордые очи супруги14 отца
Героя пленяли в чертоге...
И Гере подобясь, царица меж дев
Почтила Тесея, в порфиру одев.

ЭПОД II

И кудри герою окутал венец...
Его темно-розовой гущей
Когда-то для брачного пира
Ей косы самой увенчала Киприда,
Чаруя, златые увила...
И чудо свершилось... и для бога оно -
Желанье, для смертного - чудо:
У острой груди корабельной, -
На горе и думы Кносийцу15, -
Тесей невредим появился...
А девы, что краше денницы,
Восторгом объяты нежданным,
Веселые крики подъяли,
А море шумело, напев
Товарищей их повторяя,
Что лился свободно из уст молодых...
Тебе, о Делосец16 блаженный,
Да будешь ты спутником добрых,
О царь хороводов родимых!

1 Корабль с тремя рядами гребцов.
2 Богини Афины, как и стоит в подлиннике. Покровительницы Афин.
3 Дочери Борея - северные ветры.
4 Тесею. Пандион - отец Эгея и, следовательно, дед Тесея.
5 Сына Кроноса - Зевса; разумеется Минос.
6 То есть книгу, как и стоит в подлиннике.
7 Горный хребет в Троаде.
8 Эстра (Этра?), родившая Тесея от Эгея; божественным же отцом Тесея считался морской бог Посейдон.
9 Морские нифмы дочери Герея, божества моря.
10 То есть критских; Кнос - город на Крите.
11 Зять Солнца Минос, женатый на дочери Гелия (Гелиоса) Пасифае.
12 Город в Арголиде.
13 Кольцо.
14 Амифтриды, жены Посейдона.
15 Из города Кноса на Крите.
16 Бог Аполлон.


Юноши, или Тесей
(дифирамб)1

СТРОФА I

Волны грудью синей рассекая,
Море Критское триера пробегала,
А на ней, к угрозам равнодушный,
Плыл Тесей2, и светлые красою
Семь юниц, семь юных ионийцев...
И пока в угоду Деве браней
На сиявшей парус Бореады
Налегали девы, Афродита,
Что таит соблазны в диадеме,
Меж даров ужасных жало выбрав,
В сердце Миносу царю его вонзила,
И, под игом страсти обезволен,
Царь рукой лица коснулся девы,
Эрибеи с ласкою коснулся...
Но в ответ потомку Пандиона:
"Защити" - юница завопила...
Обернулся витязь, и, сверкая,
Заметались темные зеницы;
Жало скорби грудь ему пронзило
Под ее блистающим покровом,
И уста промолвили: "О чадо
Из богов сильнейшего - Кронида:
У тебя бушуют страсти в сердце,
Да рулем не правит совесть, видно,
Что герой над слабыми глумится.

АНТИСТРОФА I

Если жребий нам метали боги
И его к Аиду Правда клонит,
От судьбы мы не уйдем, но с игом
Произвола царского помедли.
Вспомни, царь, что если властелином
Зачат ты на ложе Зевса дщерью
Феникса, столь дивно нареченный,
Там, на склонах Иды, то рожденьем
И Тесей не жалок: Посейдону
Дочь меня Питфеева родила,
Что в чертоге выросла богатом,
А на пире брачном у невесты
Золотое было покрывало,
Нереид подарок темнокосых.
Говорю ж тебе и повторяю,
О кносийских ратей повелитель,
Или ты сейчас же бросишь сам
Над ребенком плачущим глумиться,
Иль пускай немеркнущей денницы
Мне сиянья милого не видеть,
Если я сорвать тебе позволю
Хоть одну из этих нежных веток.
Силу рук моих изведай раньше -
А чему потом случиться надо,
Это, царь, без нас рассудят боги".

ЭПОД I

Так доблестный витязь сказал и умолк;
И замерли юные жертвы
Пред этой отвагою дерзкой...
Но Гелиев зять в разгневанном сердце
Узор небывалый выводит,
И так говорит он: "О Зевс, о отец
Могучий, коль точно женою
Рожден я тебе белорукой,
С небес своих молнию сыну
Пошли ты, и людям на диво
Пусть огненной сыплется гривой!
Ты ж, мощный, коль точно Этра
Тебя колебателю суши
Дала, Посейдону, в Трезене,
Вот эту златую красу,
Которой десница сияла,
Отважно в отцовский чертог снизойдя,
Вернешь нам из дальней пучины.
А внемлет ли Кроний сыновней мольбе,
Царь молний, увидишь немедля..."

СТРОФА II

И внял горделивой молитве Кронид,
И сыну, без меры могучий,
И людям на диво почет он родит.
Он молнией брызнул из тучи, -
И, славою полный, воспрянул герой,
Надменное сердце взыграло,
И мощную руку в эфир голубой
Воздел он, а речь зазвучала;
Вещал он: "Ты ныне узрел, о Тесей,
Как взыскан дарами отца я.
Спускайся же смело за долей своей
К властителю тяжко гремящих морей,
И, славой Тесея бряцая,
Заросшая лесом земля загудит,
Коль так ей отец твой державный велит".
Но ужас осилить Тесея не смог:
Он за борт, он в море шагает, -
И с лаской приемлет героя чертог,
А в Миносе мужество тает:
Триеру велит он на веслах держать, -
Тебе ли, о смертный, судьбы избежать?

АНТИСТРОФА II

И снова по волнам помчалась ладья,
Покорна устам бореады...
И в страхе теснилась афинян семья,
Бросая печальные взгляды
На пену, в которой сокрылся герой;
И в волны с сияющих линий
Горячие слезы сбегали порой
В предчувствии тяжких насилий...
Тесея ж дельфины, питомцы морей,
В чертог Посейдона примчали -
Ступил за порог, - и отпрянул Тесей,
Златого Нерея узрев дочерей:
Тела их, как пламя, сияли...
И локоны в пляске у дев развились,
С них ленты златые каскадом лились...
И, мерным движеньем чаруя сердца,
Сребрились их гибкие ноги.
Но гордые очи супруги отца
Героя пленяли в чертоге...
И, Гере подобясь, царица меж дев
Почтила Тесея, в порфиру одев.

ЭПОД II

И кудри герою окутал венец:
Его темно-розовой гущей
Когда-то для брачного пира
Ей косы самой увенчала Киприда,
Чаруя, златые увила.
И чудо свершилось... для бога оно
Желанье, для смертного чудо:
У острой груди корабельной -
На горе и думы кносийцу -
Тесей невредим появился...
А девы, что краше денницы,
Восторгом объяты нежданным,
Веселые крики подъяли,
А море гудело, пеан
Товарищей их повторяя,
Что лился свободно из уст молодых -
Тебе, о Делосец блаженный,
Да будешь ты спутником добрых,
О царь хороводов родимых!

1 Драматическая баллада для солистов и хора.
2 Тесей (Тезей) - сын афинского царя Эгея, идеализируемый как объединитель Аттики. Это произведение, прославляющее Тесея и написанное в честь Аполлона Делосского, несомненно пропагандирует идею морского владычества Афин, закреплённого Делосским морским союзом в 478 году до н. э. Первая строфа дифирамба является как бы вступительной ремаркой: Тесей плывёт на остров Крит, чтобы убить там Минотавра, чудовище, которому афиняне должны были время от времени отдавать на съедение юношей и девушек. На судне находится и критский царь Минос.

 

 

 

Современное издание возвращает заглавие Анненского, но изменения составителя всё равно имеют место:
Вакхилид. Юные жертвы, или Фесей // Парнас: Антология античной лирики. / Сост., предисл. и коммент. С. Ошерова. М.: Московский рабочий, 1980. С. 440-443. (Однотомники классической литературы) [416]

Комментарий С. Ошерова:

И. Ф. Анненский (1856-1909) был профессиональным эллинистом и преподавателем древних языков. Делом его жизни был перевод трагедий Еврипида. К античной лирике обращался редко.
Пеан (гимн в честь Аполлона) - точнее дифирамб (!) - Вакхилида в переводе опубликован в 1898 г. (в том же году был опубликован и найденный на папирусе текст оригинала). По мифу, афиняне должны были ежегодно отправлять на Крит семь девушек и семь юношей на съедение чудовищу Минотавру, получеловеку-полубыку; Фесей (Тесей) избавил родину от этой дани, убив Минотавра. В стихах Минос сам везёт жертвы на Крит.
Ионийцы
- афиняне, Дева браней - Афина, Гелиев зять - Минос, муж дочери Солнца Пасифаи.


Медея, Эгей и Тезей
Британский музей
http://www.mythagora.com/bios/gallery/theseuspix.html

Стихотворение 18 Анненский приводит в одной из своих лекций по истории античной драмы, которые получили известность в 2007 г. До этого перевод дифирамба был известен по публикации В. О. Нилендера 1939 г., см. ниже.

Источник текста (слева): Анненский И. Ф. История античной драмы: Курс лекций / Санкт-Петербургская государственная Театральная библиотека. Состав., вступ. ст. В. Е. Гитина, подгот. текста В. Е. Гитина при участии В. В. Зельченко, примеч. В. В. Зельченко. СПб.: Гиперион, 2003. (ФEATRON: История и теория зрелища. II).
Размещено вместе с сопроводительными текстами Анненского.

127

Две формы эллинского лиризма - личная и хоровая - как бы уже в зерне определяли собой целую драму, особенно если к этим двум прибавить третью, содержащую диалог, образец которой мы находим у Вакхилида.

Вот это характерное стихотворение (в моем переводе):

("Фесей". Вакх<илид>, XVIII)

(Действие происходит в Афинах. Медея (?) нашла приют в этом городе после того, как ей пришлось покинуть Коринф, где Ясон бросил ее для дочери царя Креонта. Диалог изображает подвиги Фесея.)

Стр<офа> I, ст. 1-15

Медея (?)

О царь священных Афин
И мягких душой ионийцев владыка,
Здесь только что бранную песнь сыграла
Труба медноустая: что это значит?
Наверно, какой-нибудь враг оцепляет дружиной
Нашей земли пределы?
Или, может быть, воры
- на выдумку злые,
Отбив от пасущих,
Овечьи насильем стада угоняют?
Иль что, наконец,
Тебе ужалило сердце? Поведай.
Подумать: кому же и ждать из людей
От сильных подмоги,
И даже от юных, пожалуй, поддержки,
Когда не тебе, Креусы потомок
*, Пандионов сын?

Стр<офа> II, ст. 16-30

Эгей

Сейчас, весь путь перебрав
Ногами, из дальнего Исфма явился
Гонец и дела несказанные мужа
Поведал могучего. Синий
** убит им,
Надменный и силою высший из смертных, рожденье
Бога долин Литейских
И Кронида, земли колебателя, чадо.
В ущелье заросшем
Мужей убивавшего вепря сразил он...

* Личность Эгея, таким образом, несомненна. Медея под сомнением. Креуса -- дочь Эрехфея, мать Иона, родоначальница аттической династии (примеч. Анненского -- В. Г. ).
** Собственное имя (примеч. Анненского -- В. Г. ).

128

И Скирон убит
Злодей, в борьбе и Керкион осилен.
И молот отцовский отбросил тяжелый
В досаде Прокопта,
Сильнейшего мужа познавши нежданно...
Мне страшно, увы! Какой же все это приемлет конец?

Стр<офа> III, ст. 31-45

Медея

А что же герольд говорит?
Откуда и кто он, безвестный? Какую
Одежду он носит? В оружии ль бранном
И много ли войска ведет он с собою?
Иль видел герольд одного и без всяких доспехов?
Может быть, путь свершает,
Как торговец бродячий, тот муж неизвестный,
Когда на чужбину
И бодр, и крепок, и полон отвагой
Идет он, купцам
Гордясь присущею силой... Конечно,
Его на злодеев сам бог ополчил,
Да кару приимут.
А вечно творивши обиды от кары
Уйти не легко: все рано иль поздно приемлют конец.

Стр<офа> IV, ст. 46-60

Эгей

Всего два мужа при нем, -
Коль верить герольду: за мощные плечи
Он меч перекинул...
В руках же два дротика держит блестящих
И голову сверх золотистых волос прикрывает
Каской лаконскою крепкой...
Грудь пурпурный хитон окружил ему плотно,
И сверху хламида
Из шерсти овец фессалийских. И пламя
Гефеста в очах
Сверкает грозно. Почти ещё мальчик,
Подросток, но, чары Арея вкусив,
Уж бредит войною.
Весь полон он бранным бряцанием меди,
И жаждет узреть он славой любимые стены Афин.

Это, как видите, еще строгая лирика. Стихотворение построено строфически, причем строки в отдельных строфах совпадают по размеру. Драматизма также еще нет - совершается как бы пролог, интродукция

129

к появлению Фесея, причем каждая из четырех строф возводит новую ступень этого ожидания:

1 - неопределенный шум, смятение, тревога;
2
- известие о подвигах Фесея;
3
- предположения, гадания о том, каков должен быть Фесей, и попытка объяснить его подвиг с точки зрения религиозной;
4
- яркое изображение Фесея со слов герольда.

Строфы Медеи более лиричны; мысль ее вращается среди страхов и догадок; а в словах Эгея зато больше определенности, фактического содержания, образов.

Таким образом, стихотворение является драматическим по форме, но еще лирико-эпическим по содержанию. В нем нет еще сценического движения, но лирика как бы стремится его отразить.

Вакхилид процветал в первую половину V века, когда трагедия уже дала высокосовершенные создания. Но я привел этот отрывок, потому что он, очевидно, не столько сложился под влиянием трагиков, как выработался из основы гораздо более древней. Важно и то, что самый диалог драмы шел не из разговора в жизни, а из некоей искусственной лирической формы. Этим многое должно объясняться в самой эволюции драматического жанра.

Диалог баллады Вакхилида не надо сопоставлять с драматическим*. В нем лучше видеть дальнейшую ступень сравнительно с эпическим.

* Ср. выше с сопроводительным текстом к 2-й публикации 17-го дифирамба в книге "Эллинская культура" (1906). Анненский пользуется словом "баллада", введённым Ф. Ф. Зелинским в статье 1898 г.

Другие переводы по изданию: Пиндар, Вакхилид. Оды. Фрагменты. Издание подготовил М. Л. Гаспаров. Ответственный редактор Ф. А. Петровский. Москва: Издательство 'Наука', 1980. (Серия 'Литературные памятники').

В этом издании перевод Анненского приведён без сопроводительных текстов и знаков вопроса. Кроме того обращает внимание вмешательство публикатора: 1) изменения в пунктуации и в отдельных буквах, что, наверное, связано с погрешностями переписки текста; 2) замена слова "герольд" на "посол" и "гонец" и соответствующие изменения стихов; 3) замена слова "каска" на "шлем" и соответствующие изменения стиха.

 

И. Ф. Анненский

Вяч. И. Иванов

М. Л. Гаспаров


322

ФЕСЕЙ

Медея:

О царь священных Афин
И мягких душой ионийцев владыка!
Здесь только что бранную песнь сыграла
Труба медноустая: что это значит?
Наверно, какой-нибудь враг оцепляет дружиной
Нашей земли пределы?
Или, может быть, воры
- на выдумку злые -
Отбив от пасущих,
Овечьи насильем стада угоняют?
Иль что, наконец,
Тебе ужалило сердце? Поведай!
Подумать: кому же и ждать из людей
От сильных подмоги,
И даже от юных, пожалуй, поддержки, -
Когда не тебе, Креусы потомок, Пандионов сын?

Эгей:

Сейчас весь путь перебрав
Ногами, из дальнего Исфма явился
Гонец и дела несказанные мужа
Поведал могучего. Синий убит им,
Надменный и силою высший из смертных, рожденье
Бога долин Литейских,
И Кронида, земли колебателя, чадо,
В ущелье заросшем
Мужей убивавшего вепря сразил он...
И Скирон убит

323

Злодей, в борьбе и Керкион осилен.
И молот отцовский отбросил тяжелый
В досаде Прокопта,
Сильнейшего мужа познавши нежданно...
Мне страшно, увы! Какой же все это приемлет конец?

Медея:

А что же посол говорит?
Откуда и кто он, безвестный? Какую
Одежду он носит? В оружии ль бранном
И много ли войска ведет он с собою?
Иль видел гонец одного и без всяких доспехов?
Может быть, путь совершает,
Как торговец бродячий, тот муж неизвестный,
Когда на чужбину
И бодр, и крепок, и полон отвагой
Идет он, купцам
Гордясь присущею силой... Конечно,
Его на злодеев сам бог ополчил,
Да кару приимут.
А вечно творивши обиды от кары
Уйти не легко: все рано иль поздно приемлют конец.

Эгей:

Всего два мужа при нем, -
Коль верить гонцу и за мощные плечи
Он меч перекинул...
В руках же два дротика держит блестящих
И голову сверх золотистых волос прикрывает
Шлемом чеканки лаконской...
Грудь пурпурный хитон окружил ему плотно,
И сверху хламида

324

Из шерсти овец фессалийских. И пламя
Гефеста в очах
Сверкает грозно. Почти ещё мальчик,
Подросток, но, чары Арея вкусив,
Уж бредит войною,
Весь полон он бранным бряцанием меди
И жаждет узреть он славой любимые стены Афин.

 


319

ФЕСЕЙ

Хор:

Провещай слово, святых Афин царь,
     Роскошных ионян властодержец!
Продребезжала почто трубы медь,
     Песнь бранную зычно протрубила?
          Али нашей земли концы
     Обступил и ведет грозу сеч
          Враждебной рати вождь?
     Иль, умыслив недоброе,
          Грабят хищники пастухов стад,
     Овец угоняют в плен?
     Что же сердце твое мятет, царь?
Вещай! Али вдосталь, круг твоих рамен,
     Нет надежи
- дружинников,
     Юных, сильных витязей,
     О Пандиона чадо и Креусы?

Эгей:

Приспешил скорой стопой гонец, пеш;
     Он долгий измерил путь истмийский,
Провозвестить несказанных дел весть
     Что некий соделал муж великий.
          Исполин от его руки,
Колебателя суши сын, пал
-

320

     Насильник Синис пал!
     От губительной веприцы
Вызволил кромионский лес он,
     Скирон-беззаконник мертв.
     Уж не мерит с гостьми тугих мышц
В борьбе Керкион. И молот выронил
     Полинемона сын, Прокопт.
     Мощь мощнейший превозмог.
Что-то будет? Чему дано свершиться?

Хор:

И отколь сей богатырь, и кто он?
     Поведал ли вестник? Ратной справой
Вооружен он, одержит полк мног
     С нарядом воинским? Иль, скиталец
     Бездоспешный, блуждает он,
Мнимый пришлым купцом, один, в край
     Из края, чуждый гость?
     А и сердцем бестрепетен
И могутен плечьми о тех мощь
     Изведавший крепость мышц!
     С ним подвигший его стоит бог
Промыслить отмщение для неправедных!
     Но вседневных меж подвигов
     Остеречься ль злой беды?
Время долго: всему свой час свершиться!

Эгей:

Со двумя держит гриднями путь муж,
     Поведал гонец. Висит булатный
Заповедной кладенец с белых плеч;
     В руке два копья о древках гладких;
     Да чеканки лаконския
Сверх кудрей огневых шелом светл;
     Хитон на персях рдян;
          Плащ поверх, фессалийских рун

321

Очи полымя ярых жерл льют -
     Лемносских горнил ключи.
Первым юности цветом юн он;
По сердцу ему потех и игрищ вихрь,
     Те ли игры Аресовы,
     Меднозвучных битв пиры -
И взыскал он Афин пышнолюбивых.


269 (В скобках номера стихов подлинника).

Песнь 18, для афинян.

ФЕСЕЙ

Год до - 470

1с. Хор:

- Царь святых Афин,
Повелитель привольно живущих ионян,
Отчего военную песнь
Прозвенела ныне медная труба?
Враг ли облег
(5)
Нашу землю предводимым воинством
Коварный ли вор
Расхищает наши паствы назло пастырям?
(10)
Или что иное тяготит тебя?
Говори! Как никто из смертных,
Ты владеешь подмогой юношеских сил,
О сын Пандеона и Креусы!
(15)

2с. Эгей:

- Вестник к нам приспел,
Долгий пеший путь отмерив от Истма;
Несказанные сказывает дела
Могучего мужа.
Он убил всесильного Синида,
(20)

270

Мощью первого меж смертными,
Отпрыска Посидона Литейского;
Жадного кабана сразил он средь Кромионских чащ
И Скирона укротил неуемного;
(25)
Керкион уже не вызывает на кулачный бой,
И Прокопт, напав на сильнейшего,
Уронил тяжкий молот Полипемона,
Я тревожусь: что будет далее?

3с. Хор:

- Кто же он? откуда он?
И какое, по словам, при нем оружие?
Во враждебном ли доспехе он
Многое ведёт за собою воинство?
Или же один со служителями
(35)
Он шагает, как странник, в чужие края,
Доблестный, сильный, смелый,
Одолевший силу стольких мощных мужей?
(40)
Верно, движет им бог,
Правой мздою карающий неправых, -
Ибо трудно вершить подвиг за подвигом,
Не изведав беды:
Все имеет конец в нескором времени.
(45)

4с. Эгей:

- Два мужа при нем, больше нет никого,
Свисает меч с блистающих плеч -
Рукоять у него - слоновая кость,
Два точеных дрота - в его руках,
Лаконская шапка - на рыжих волосах,
(50)
Багряный хитон обвивает стан,
А поверх - фессалийский шерстистый плащ;

271

Глаза горят лемносским огнем, (55)
Сверкают красными искрами;
Он - отрок в первом юношеском цвету,
Но утехи Ареса знакомы ему -
Битвенный стук меди о медь;
А держит он путь
В сияющие блеском Афины.
(60)

Выдержки из преамбулы примечаний М. Л. Гаспарова, относящиеся к переводам Пиндара, вполне подходящие и к переводу Вакхилида).

387

Это издание - первый на русском языке полный стихотворный перевод Пиндара и первый полный перевод Вакхилида*. Стихотворная форма, принятая переводчиком, нетрадиционна для русской поэзии и для практики русского стихотворного перевода в частности. Поэтому она требует нескольких предварительных слов в свое оправдание.
Русские поэты и филологи неоднократно обращались к переводу Пиндара, но ни один из существующих опытов не получил безоговорочного признания даже среди специалистов. Тем труднее оказалось приискать убедительную форму для нового перевода. Здесь для переводчика представлялись три возможности.
Во-первых - перевод традиционными русскими силлабо-тоническими стихами, может быть, даже с рифмой. <...> Такой перевод дает наибольшее ощущение "художественности" и наименьшую возможность точности. Он легко читается; однако стилистические и образные ассоциации русских стихотворных размеров настолько прочны и устойчивы, что в подобных переводах они полностью подавляют своеобразие ори-

* Пока единственный.

388

гинала. Поэтому практика таких переводов - по крайней мере, с античных языков - в русской поэзии давно и разумно оставлена.
Во-вторых - перевод прозой. <...> Такой перевод дает наибольшую точность и наименьшую художественность; он сообщает, о чем писал поэт, но не может дать читателю почувствовать, почему эти стихи считаются прекрасными, а поэт - великим. В русской практике такие переводы обычно имели лишь вспомогательное значение как пособие для чтения греческого подлинника.
В-третьих - так называемый перевод размером подлинника (т. е. силлабо-тоническая имитация метрического стиха). <...> Такой перевод господствует в советской переводческой практике, и достоинства его общепризнаны: он в наибольшей степени может донести до читателя поэтическое своеобразие подлинника. <...>

389

Можно надеяться, что будущие переводчики, соединив поэтический и филологический талант, достигнут наибольших удач именно на этом пути; но покамест этого не произошло.
Поэтому вместо трех "законных" способов перевода Пиндара здесь был избран четвёртый - перевод свободным стихом. Такая практика перевода давно знакома европейской традиции; именно на переводах Пиндара и подражаниях Пиндару в значительной мере вырабатывался стих в европейской (прежде всего немецкой) поэзии XVIII в. <...> Свободный стих - это стих без метра и рифмы, отличающийся от прозы только членением на строки; он представляет собой наиболее гибкий способ уловить и оформить естественный ритм насыщенной содержанием речи. Такой перевод, как кажется, способен соединить лучшие качества трех видов перевода, перечисленных выше, - хотя, конечно, равным образом способен соединить и худшие их качества.
Каждый перевод жертвует одними приметами подлинника ради сохранения других. Предлагаемый перевод намеренно отказывается от передачи строфического строения од Пиндара и Вакхилида, их сложного метра, изощренного языка, вычурного стиля, стараясь зато передать как можно точнее их образный строй, чувственную окраску понятий, сентенциозную выразительность идей. Конечно, точность не означает буквальности. Свободный стих такого перевода местами может пока-

390

заться подстрочником, но это не подстрочник; расположение слов и частей фразы следует здесь не греческому песенному, а русскому декламационному строю речи. <...>

474

ВАКХИЛИД

Перевод выполнен по изданию: Bacchylidis Carmina cum fragmentis, post F. Blass et G. Suess ...ed. B. Snell.Lipsiae, 1958. Для проверки перевода и комментария использовались издания: Bakchilides. Lieder und Fragmente, griechisch und deutch von H. Maehler. B., 1968; Bacchylides. The poems and fragments, ed. and introd., notes and prose translation by R. C. Jebb, Cambridge, 1905. На русском языке превосходный научно-популярный очерк о Вакхилиде с прозаическими переводами больших отрывков принад-

475

лежит Ф. Ф. Зелинскому (в его кн.: "Из жизни идей", СПб., 1905, изд. 3 - 1916).

Вакхилид был менее популярен у античных читателей, чем Пиндар. Александрийские филологи (может быть, тот же Аристофан Византийский) собрали и его сочинения - по-видимому, в девяти книгах: гимны, пеаны, дифирамбы, просодии, парфении, гипорхемы, энкомии (или сколии, точное название неизвестно), эпиникии и любовные песни. Но переписывались они мало, и на исходе античности последние рукописи их теряются; сохраняются лишь сравнительно немногочисленные отрывки в цитатах у других авторов. Вернула Вакхилида к жизни неожиданная папирусная находка: в 1896 г. в Египте были найдены два довольно большие свитка I-II в. н. э., один с эпиникиями, другой с дифирамбами Вакхилида. Первое издание "обновленного" Вакхилида вышло в 1897 г.; в 1898 г. появилось стандартное издание Ф. Бласса, переиздававшееся семь раз с исправлениями и дополнениями В. Зюсса и затем В. Снелля. Нумерация стихотворений и фрагментов перевода следует этому изданию.

487

Песнь 18. Фесей.

Дифирамб, судя по теме и концовке, предназначался для афинян - может быть, для праздника Фаргелий (в конце мая), учрежденного самим Фесеем. Интересен как образец диалогического дифирамба, написанного уже в пору расцвета выросшей из него трагедии. Сюжет: Фесей, сын Эфры, выросший в Трезене, идет к своему земному отцу Эгею в Афины, очищая дорогу от разбоя и чудовищ.

488

2 "Привольно живущими" считались ионяне (в том числе и афиняне) в противоположность сурово живущим дорянам.
15 Креуса - имя матери Иона, прародителя ионян, сына Аполлона; Эгеева же мать обычно называется Пилией.
20 Перечисляются первые победы Фесея: над Синидом, разрывавшим пленников на куски, над Кроммионским кабаном между Коринфом и Мегарами, над Скироном, сбрасывавшим путников со скал (афиняне рассказывали о нем как о злодее, мегаряне - как о герое), над Керкионом, вызывавшим прохожих на кулачный бой, и над Прокоптом (или Прокрустом: первое имя означает "усекатель", второе - "растягиватель"), сыном Полипемона, убивавшем людей на "прокрустовом ложе".
Посидон Литейский ("разрешитель") - фессалийское прозвище этого бога.
50 Лаконская шапка - дорожная шляпа с широкими полями.
54 Фессалийский плащ (хламида) - короткий, удобный для верховой езды.
55 Лемносский огонь - вулканический. На Лемносе находилась, по мифам, одна из кузниц Гефеста.

496

Перевод В. И. Иванова приведён по изданию:
Ф. Ф. Зелинский. Древнегреческая литература эпохи независимости, ч. 2. П., 1918, 123-126. Перевод размером подлинника. Впервые опубликован в 1904 г.

Перевод Анненского приведён по изданию:
"Греческая литература в избранных переводах", сост. В. О. Нилендер. М., 1939, с. 126-127. Перевод вольным размером, в традиции Державина и Водовозова. Реплики хора вложены в уста Медеи по произвольному предположению Анненского.

    

Упоминание в рецензии "Разбор стихотворного перевода лирических стихотворений Горация П. Ф. Порфирова".

Упоминание в статье "Поэтическая концепция "Алькесты" Еврипида" PDF

Вакхилид упоминается в лекции 1 "История античной драмы" DJVU

А. А. Блок в 1906 г. ассоциировал И. Ф. Анненского именно как "автора трагедий и переводчика Вакхилида" (см. его письмо от 12.03.1906 г.).

Исследования:

Gamalova N. Annenski traducteur de Bacchylide. [Анненский -- переводчик Вакхилида] PDF 660 KB
// Les reflets de l'antiquité grecque à l'âge d'argent. Modernités russes 15. Lyon, 2015. С. 159-175.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17



При использовании материалов собрания просьба соблюдать приличия
© М. А. Выграненко, 2005-2020
Mail: vygranenko@mail.ru; naumpri@gmail.com

Рейтинг@Mail.ru     Яндекс цитирования