Начало \ Письма \ И. А. Анненский и М. А. Волошин в письмах

Сокращения

Обновление: 20.10.2015

И. Анненский и М. Волошин в письмах 1909 г.

страница М. А. Волошина

 

И. Ф. Анненский - М. А. Волошину

6 марта
13 августа
4 ноября

М. А. Волошин - И. Ф. Анненскому

<5 марта>
7 или 8 марта

июнь
18 августа фрагмент
5 сентября
(телеграмма)

М.Волошин - В. Кривичу, декабрь 1909 фрагмент

6 III 1909

Источник текста: Письма II. ? 187, с. 288. Подготовка текста  и комментарии А. И. Червякова: с. 288-295.

288

Дорогой Максимилиан Александрович,

Да, Вы будете один. Приучайтесь гореть свечой, которую воры забыли, спускаясь в подвал, - и которая пышет, и мигает, и оплывает на каменном приступке, и на одни зигзаги только и светит - мыши, да и то, может быть, Аполлоновски-призрачной1. Вам суждена, может быть, по крайней мере на ближайшие годы, роль малоблагодарная. Ведь у Вас школа... у Вас не только светила, но всякое бурое пятно не проснувшихся еще трав, Ночью скосмаченных... знает, что они - слово и что ничем, кроме слова, им, светилам, не быть, что отсюда и их красота, и алмазность, и тревога, и уныние. А разве многие понимают, что такое слово - у нас? Да почти никто. Нас трое, да и обчелся2. Впрочем, я, может быть, ошибаюсь. Сергей Констант<инович>3 и Вы видите дальше вперёд, чем я, слишком удручённый прошлым. Но знаете, за последнее время и у нас ух! как много этих, которые нянчатся со словом и, пожалуй, готовы говорить об его культе. Но они не понимают, что самое страшное и властное слово, т<о> е<сть> самое загадочное, - может быть именно слово - будничное. Что сделал с русской публикой один Вячеслав Иванович4?.. Насмерть напугал все Замоскворечье... Пуще Артюра Рембо5. Мы-то его понимаем, нам-то хорошо и не боязно, даже занятно... славно так. А сырой-то женщине каково6?.. Любите Вы Шарля Кро7?.. Вот поэт - Do-re-mi-fa-sol-la-si-do8... Помните?5 Вот что нам - т. е. в широком смысле слова нам - читателям русским - надо. Может быть, тут именно тот мост, который миражно хоть, но перебросится - ну пускай на полчаса - разве этого мало? - от тысячелетней Иронической Лютеции к нам в Устьсысольские палестины9.

Ваш И. Ан<ненский>

Печатается по тексту автографа, сохранившегося в архиве М. А. Волошина (РО ИРЛИ (ПД). Ф. 562. Оп. 3. ? 191. Л. 1-2).
Фрагменты письма были приведены адресатом в статье "Лики творчества: И. Ф. Анненский - лирик" (Аполлон. 1910. ? 4. Ян-

289

варь. Паг. 2. С. 13). Впервые опубликовано в полном объеме и образцово откомментировано: И. Ф. Анненский. Письма к М. А. Волошину / Предисловие, публикация и примечания А. В. Лаврова, В. П. Купченко // Ежегодник. С. 247. Перепечатано: КО. С. 486.
Написано на почтовой бумаге:

Иннокентий Феодорович
Анненский.
Царское Село. Захаржевская,
д. Панпушко

Волошин {Кириенко-Волошин) Максимилиан Александрович (1877-1932) - поэт, переводчик, критик, искусствовед, художник.
Хронология и содержание контактов Анненского с Волошиным, которых сближали 'любовь к античной культуре и живой интерес к творчеству новейших французских поэтов' (Купченко В. П., Лавров А. В. [Предисловие] // И. Ф. Анненский. Письма к М. А. Волошину / Предисловие, публикация и примечания А. В. Лаврова, В. П. Купченко // Ежегодник. С. 242), наиболее полно представлены в следующих работах:

  • И. Ф. Анненский. Письма к М. А. Волошину / Предисловие, публикация и примечания А. В. Лаврова, В. П. Купченко // Ежегодник. С. 242-252;

  • ПК. С. 123-126;

  • Лавров А. В. И. Ф. Анненский - лирик // Волошин Максимилиан. Лики творчества / Изд. подгот. В. А. Мануйлов, В. П. Купченко, А. В. Лавров. Л.: Наука, 1988. ("Литературные памятники") С. 760-763;

  • Купченко В. П. Труды и дни Максимилиана Волошина: Летопись жизни и творчества: 1877-1916 / РАН; ИРЛИ (ПД). СПб.: Алетейя, 2002. С. 217, 219-227, 230-238, 240, 242, 243, 245.

Об обстоятельствах их личного знакомства, состоявшегося 4 марта 1909 г. и напрямую связанного с организацией журнала 'Аполлон', оставили воспоминания и сам Волошин (см.: ПК. С. 70), и сын Анненского:

'И Маковский, и приехавший вместе с ним Макс. Волошин имели до того времени об И. Ф. Анненском довольно поверхностное представление, и поэтому, конечно, встреча с таким Иннок<ентием> Анненским явилась для них полным сюрпризом.
А отец, как нарочно, в этот вечер был необыкновенно интересен и блестящ. Он так и рассыпал драгоценнейшие блестки и самоцветные камни своего ума, исключительной эрудиции и высокого остроумия. Оба писателя были буквально ошеломлены тем, что они встретили в этом "переводчике Еврипида", - да нисколько и не скрывали того огромного впечатления, кот<орое> он на них произвел.
Помню я те откровенно восхищенные взгляды, кот<орыми> они беспрестанно обменивались' (ПК. С. 97).

Наблюдения, высказанные Анненским и Волошиным о творчестве друг друга, настолько важны и значимы (см., с одной стороны, фрагмент статьи 'О современном лиризме' (КО. С. 338, 363-364) и, с другой, - тексты адресата публикуемого письма:

  • Волошин Максимилиан. Лики творчества: И. Ф. Анненский - лирик // Аполлон. 1910. ? 4. Январь. Паг. 2. С. 11-16;

  • Волошин М. А. Голоса поэтов // Речь. 1917. ? 129. 4 июня. С. 3. Рец. на кн.: Парнок София. Стихотворения. Пг., 1916; Мандельштам О. Камень. Пг., 1916;

  • ПК. С. 69-71;

  • Волошин Максимилиан. Лики творчества / Изд. подгот. В. А. Мануйлов, В. П. Купченко, А. В. Лавров. Л.: Наука, 1988. ("Литературные памятники")  С. 520-528, 545, 556, 584, 592, 619, 623-624, 676, 731, 732, 760-763, 734, 757, 759, 767, 770, 773, 786, 787;

  • Ответы М. А. Волошина на анкету Е. Я. Архиппова 'О любви к поэтам'. Кок-

290

тебель. 30 июня 1932 г. / Подг. текста Г. И. Нехорошева; Вступ. статья В. П. Купченко // Советская библиография. 1989. ? 2. Март-апрель. С. 84, 87;

  • Волошин Максимилиан. Путник по вселенным / Сост., вступ. статья и коммент. В. П. Купченко и З. Д. Давыдова. М.: Советская Россия, 1990. С. 188-192, 211-214, 224-225, 229, 348-349, 351-352),

что на них было сложно не обратить внимания исследователям их творчества. Ниже приводится крайне сжатый перечень литературы, в которой затрагиваются проблемы литературных и личных взаимоотношений Анненского и Волошина:

  • Измайлов А. Из записной книжки критика // Русское слово. 1910. ? 43. 23 февр. (8 марта). С. 2;

  • Маковский Сергей. Иннокентий Анненский (по личным воспоминаниям) // Веретено: Литературно-художественный альманах. Берлин: Книгоизд-во Отто Кирхнер и К°, 1922. Кн. 1. С. 247;

  • Кондратьев Александр. Из литературных воспоминаний: М. А. Волошин // Молва. Варшава. 1932. ? 131. 11 сент.;

  • Воспоминания о Максимилиане Волошине / Сост. и коммент. В. П. Купченко, З. Д. Давыдова. М.: Советский писатель, 1990. С. 24, 54, 55, 189, 190, 194, 360, 495, 496, 497, 700, 701, 711;

  • Триббл К. О. Творчество Поля Клоделя в отражении русской критики: о статьях И. Анненского, М. Волошина и Б. Эйхенбаума // Начало века: Из истории международных связей русской литературы / РАН; ИРЛИ (ПД). СПб.: Наука, 2000. С. 234-250;

  • Иванова О. Ю. Иннокентий Анненский и Максимилиан Волошин - два модуса энтелехии античности // Русский символизм и мировая культура: Сборник научных трудов / Гос. академия славянской культуры; Под ред. Л. А. Сугай. М., 2001. Вып. 1. С. 18-37;

  • Иванова О. Ю. Мифологическая картина мира И. Анненского и М. Волошина (пещера Полифема) // Русский символизм и мировая культура: Сборник научных трудов / Гос. академия славянской культуры; Под ред. Л. А. Сугай. М., 2004. Вып. 2 / Отв. за вып. Н. Ф. Шипунова. С. 3-13.

Публикуемое письмо представляет собой ответ на послание Волошина, написанное под впечатлением от встречи с Анненским в Царском Селе 4 марта (печатается в полном объеме впервые по тексту автографа, сохранившегося в архиве Анненского: РГАЛИ. Ф. 6. Оп. 1. ? 307. Л. 5):

Глазовская 15 кв. 18
СПб.

Глубокоуважаемый Иннокентий Феодорович! Сейчас около пяти часов утра<,> и для меня еще не кончилось бодрствование дня нашей встречи: вернувшись домой<,> мне не захотелось так оборвать беседу с Вами<,> и я сел читать 'Античный миф в современной французской поэзии' - имена мне милы, слова

291

мне дороги и идеи близки, потому что я в свое время 'пошел к французам в школу'.

Мне радостно, что теперь, после десятилетия в Париже, возвращаясь окончательно в Россию<,> я встретил Вас; потому что увидел в Вас (а это так редко!) человека, с которым можно не только говорить, а у которого можно учиться. Мне хочется теперь же, не давая другим мыслям заслонить глубину первого впечатления, засвидетельствовать перед Вами все уважение и удивление мое пред тою моральной и умственной силой, которые помогли так надолго затаить выражение Вашего творчества, и проявлениям его этим дала такую терпкую и настоявшуюся полноту.

С глубоким уважением

Максимилиан Волошин

Фрагменты этого письма публиковались ранее: Ежегодник, с. 247, 243.

Получив ответное письмо, Волошин откликнулся следующим недатированным письмом (печатается в полном объеме впервые по тексту автографа, сохранившегося в архиве Анненского: РГАЛИ. Ф. 6. Оп. 1. ? 307. Л. 6-6об.):

Дорогой Иннокентий Федорович!

Благодарю Вас за письмо. То, что говорите Вы о слове, отвечает самым глубинным моим мыслям.

Тайна поэзии раскрылась мне, когда я прочел впервые слова Гераклита: 'Путь познания мира лежит через имена'.

Тогда я понял, что<,> назвав все вещи мира сего их собственными именами, поэзия расколдует мир вещества.

Вещи тусклые, темные, будничные больше всех других ждут своих имен, своих настоящих имен<,> и как вспыхивают они от каждого прикосновения слова!

Растворить весь материальный мир в слове! Так вижу я назначение поэзии.

Слово <-> изначальная сущность всех вещей - 'В начале бе Слово' - я понимаю это буквально.

Шарля Кро я люблю и ценю. Но знаю его, к сожалению, лишь отрывками<,> и того, на что Вы намекаете ('Do-re-mi-fa-sol...')<,> я к стыду моему не знаю.

Эта разность тысячелетий, которую русские люди носят в душе, эти отдаленные века, в которые нежданно проваливаешься<,> выходя на площади, необходимость говорить языком отошедших времен - это тяжелое бремя.

Но радуюсь ему и принимаю. Вижу в нем великий возбудитель сознания.

*     *     *

292

Иннокентий Федорович! Могу ли я попросить Вас на время одолжить мне все Ваши книги. Я должен сказать Вам, что я только отрывочно знаком с Вашими трудами. Это<,> б<ыть> м<ожет,> простительно, имея в виду, что десять лет я жил в Париже и бывал в России лишь наездами.

Вы существовали для меня до самого последнего времени не как один, а как много писателей.

Я знал переводчика Эврипида, но вовсе не соединял его с тем<,> кто писал о ритмах Бальмонта и Брюсова. Я помнил<:> Алекс<андра> Вас<ильевна> Гольштейн (Вебер)<,> говоря о Михайловском, прибавила: 'Михайловский <-> образованный человек? Все<,> что он знал о литературе<,> он знал из разговоров И. Ф. Анненского'. И<,> конечно<,> этого И. Ф. Ан<ненского> я не мог соединить с И. Аниенским, 'молодым' поэтом, которого Гриф со 'строгим выбором' печатал в 'Перевале'.

И только теперь<,> в мой последний приезд из Парижа, все эти отрывочные впечатления начали соединяться и<,> наконец<,> три дня тому назад они слились окончательно в конкретную личность и в цельный характер, к которому я не могу не почувствовать глубочайшее уважение и удивление.

Максимилиан Волошин

P. S. Позвольте мне послать два моих фельетона, которые<,> б<ыть> м<ожет,> будут интересны для Вас.

Фрагменты этого письма публиковались ранее: Ежегодник, с. 243.

1. Намек на одну из главных 'героинь' лекции М. А. Волошина 'Аполлон и мышь', прочитанной 3 марта 1909 г, в петербургском 'Салоне' (Университетская наб., Первый кадетский корпус) и впервые опубликованной через два года: Волошин М. Аполлон и мышь // Северные цветы. М.: Скорпион, 1911. Альманах V. С. 85-115 (коммент. публ.: Волошин Максимилиан. Лики творчества / Изд. подгот. В. А. Мануйлов, В. П. Купченко, А. В. Лавров. Л.: Наука, 1988. ("Литературные памятники"). С. 96-111, 623-625).
На мой взгляд, эта фраза не дает оснований предположительно (Ф. Анненский. Письма к М. А. Волошину / Предисловие, публикация и примечания А. В. Лаврова, В. П. Купченко // Ежегодник. С. 247) или уверенно (Березкин А. М. Аполлон и мышь // Волошин Максимилиан. Лики творчества / Изд. подгот. В. А. Мануйлов, В. П. Купченко, А. В. Лавров. Л.: Наука, 1988. ("Литературные памятники"). С. 623) утверждать, будто Анненский присутствовал на этой лекции; возможно, о ее содержании шел обстоятельный разговор на их встрече с Волошиным 4 марта.

Примечание в Ежегоднике:
Намек на лекцию Волошина "Аполлон и мышь", прочитанную 3 марта 1909 г. в петербургском "Салоне". "Был на лекции Макса о мыши (!)", с- сообщал 4 марта В. Я. Брюсов И. М. Брюсовой (ГБЛ, ф. 386, картон 69, ? 6). Весьма вероятно, что там впервые и встретились Анненский и Волошин. В своей лекции Волошин прослеживал древнюю мифологическую связь между "солнечным богом" Аполлоном, олицетворяющим "прекрасный сон жизни", и мышью, понимаемой как подобие "вещего, ускользающего и неуловимого мгновения, тонкой трещины, всегда грозящей нарушить аполлиническое сновидение", а также отголоски этой символики в позднейшем искусстве. (Волошин М. Аполлон и мышь. - В кн.: Северные цветы, альманах V. М., "Скорпион", 1911, с. 85-115; Лики творчества. СПб., 1914, кн. I, с. 163-191.

Как бы то ни было, некоторые положения этой лекции, вне всякого сомнения, должны были вызвать живой отклик Анненского и проецироваться им на его собственный жизненный (с бессонницами и панической боязнью мышей) и поэтический опыт (см. хотя бы его перевод верленовского стихотворения 'Impression fausse', цитируемого в подлиннике Волошиным). См., например:

'Там, где прекращается непрерывность аполлинического сна и наступает свойственное бессоннице горестное замедление жизни, поэт чувствует близкое и ускользающее присутствие мыши.

293

Сновидению противуполагается здесь бессонница. И во время бессонницы, как маленькая трещинка в светлом и стройном Аполлоновом мире, появляется мышь.
Присутствие мыши еле уловимо и с первого взгляда кажется случайным и неважным. Во время бессонницы, когда напряженное ухо более чутко прислушивается к малейшим шумам ночи, так естественно слышать тонкий писк, шорох и беготню мышей.
Но вот их таинственность неожиданно подчеркивается тем непобедимым, священным ужасом, который во многих вызывается одним присутствием мыши. Страх мышей представляет одну из удивительнейших загадок человеческой души.
Этот ужас реально связывает нашу душу с какими-то древними и темными счетами, память о которых сохранилась лишь в виде почти стертого, почти потерявшего смысл символа.
Трудно определить и выяснить характер этого аполлинийского ужаса мыши: он не основан ни на чем реальном, ни на чем разумном. В нем нет ни сознания опасности, ни отвращения к безобразию формы. Мышь не безобразна, не во внешности ее лежит источник ужаса. Те, кто подвержены этому аполлинийскому ужасу, не успевают различить ее наружности. Они скорее склонны определять это ощущение ужаса мелькающим движением ее, быстрым ускользанием'
(Волошин Максимилиан. Лики творчества / Изд. подгот. В. А. Мануйлов, В. П. Купченко, А. В. Лавров. Л.: Наука, 1988. ("Литературные памятники"). С. 97-98).

2. Волошин, Маковский и Анненский.

Примечание в Ежегоднике:
Вопрос значимости 'слова', которое 'так долго было в кабале и помыкании', Анненский поднимает и в статье 'О современном лиризме' (А, 1909, ? 1). На письмо Анненского Волошин ответил: 'То, что говорите Вы о слове, отвечает самым глубинным моим мыслям <...> Слово - изначальная сущность всех вещей. "Б начале бе слово" - я понимаю это буквально' (ЦГАЛИ, ф. 6, оп. 1, ? 307). О смысле 'слова', осознаваемого как 'живое существо', как 'цель, а не средство', Волошин писал также в программной для него статье 'Horomedon' (Золотое руно, 1909, ?11-12, с. 58-59). В статье 'И. Ф. Анненский - лирик' Волошин подчеркивал, что Анненский 'сам сознавая, что для него внешний мир ничего, кроме слова, не представляет, сам трепетал красотой и алмазностью, тревогой и унынием страшных, властных, загадочных - будничных слов' (А, 1910, ? 4, январь, отд. II, с. 13).

3. Маковский; см. о нем вводное прим. к тексту 192 <Письмо С. К. Маковскому от 7 мая 1909 г.>.
4. Речь идет о Вяч. И. Иванове (см. вводное прим. к тексту 194 <Письмо В. И. Иванову от 24 мая 1909 г.>).
5. Рембо (Rimbaud) Жан-Николя-Артюр (1854-1891) - французский поэт, новаторское творчество которого оказало значительное влияние на поэзию конца XIX-XX вв.; по формуле Анненского, поэт 'современного города, города - отца символов' (КО. С. 358). Анненский был не только внимательным читателем Рембо, но и переводчиком трех его стихотворений (см.: СиТ 90. С. 269-270). Об отношении Анненского к наследию Рембо и о соотношении их поэтических систем см. подробнее:

  • Бобров Сергей. Жизнь и творчество Артюра Римбо // Русская мысль. 1913. Кн. 10. Паг. 2. С. 154;

  • Гутнер М. [Рец.] // Звезда. 1935. ? 2. С. 244. Рец. на кн.: Лившиц Б. От романтиков до сюрреалистов: Антология французской поэзии. 1934;

  • Антокольский П. Артюр Рембо // Рембо А. Стихотворения / Вступ. статья П. Антокольского; Сост. В. Тыщенко. М.: ГИХЛ, 1960. С. 9-10, 25;

  • Пестерев В. А. Артюр Рембо в русской критике // XVIII Герценовские чтения: Литературоведение: Научные доклады / Ленинградский гос. пед. институт им. А. И. Герцена. Л., 1976. С. 74-75;

  • Поступалъекий И. С. Примечания // Рембо А. Стихи; Последние сти-

294

хотворения; Озарения; Одно лето в аду / Изд. подг. Н. И. Балашов, М. П. Кудинов, И. С. Поступальский. М: Наука, 1982. С. 306, 334, 369. (Литературные памятники);

  • Федоров А. Искусство перевода и жизнь литературы: Очерки. Л.: Советский писатель, 1983. С. 190, 192-193,215-218.

В письме речь идет, очевидно, о сонете Рембо 'Voyelles' ('Гласные'), о котором в статье 'О современном лиризме' Анненский отозвался следующим образом:

'Когда-то, еще в боевую пору новой поэзии у французов, Артюр Рембо (Rimbaud) напугал читателей (а еще больше не-читателей) сонетом о гласных, где каждый гласный звук властно вызывал в душе поэта ощущение одного из цветов и символизировался различными мельканиями и звучаниями жизни.
И вот не-читатели ожесточенно нападали на поэта, отлившего в классическую форму сонета такой, казалось бы, бред' (КО. С. 336).

Примечание в Ежегоднике:
Анненский иронически сопоставляет архаизированую "эзотерическую" поэтику Вяч. Иванова с экспериментально-новаторскими, литературными опытами Артюра Рембо (1854-1891) - одного из поэтов, заложивших основания символистской поэзии во Франции. В данном случае Анненский, видимо, имеет в виду знаменитый сонет Рембо 'Гласные' (см. его статью 'О современном лиризме': А, 1909, ? 1, отд. I, с. 20). Анненский перевёл несколько стихотворений Рембо, см.: СиТ 59, с. 285-286.

6. Первопубликаторы письма указали, что речь идет о героине пьесы 'певца Замоскворечья' А. Н. Островского 'Бедная невеста' Анне Петровне Незабудкиной, 'вдове небогатого чиновника', неоднократно повторяющей по ходу действия: 'Женщина я слабая, сырая, позабывчивая'; 'Я женщина слабая, сырая, уж и теперь насилу ноги таскаю' (Островский А. Н. Полное собрание сочинений: В 12-ти т. М: Искусство, 1973. Т. I: Художественная проза; Пьесы (1843-1854). С. 203, 238).

Примечание 4 в Ежегоднике:
О сложности восприятия поэзии Вяч. Иванова Анненский писал в статье 'О современном лиризме', сравнивая отдельные стихотворения Иванова с 'криптограммами'. В ином ключе писал Анненский о личности Иванова в черновых набросках 'Поэтические формы современной чувствительности' (1909): 'Вяч<еслав> Ив<анов> очарователен. Высокомерен и голубоглаз. Он прозрачен и прост, почти элементарен среди пугающей громоздкости своих славянизмов. Он улыбается простодушно и даже чуть-чуть растерянно среди метафорических бездн или ставя свои трофеи. В нем что-то - глубоко наше, русское' (ЦГАЛИ, ф. 6, оп. 1, ? 168, лл. 9об.-10).

7. Кро (Cros) Шарль (1842-1888) - французский поэт, два произведения которого Анненский перевел и включил в собрание стихотворных переводов 'Парнасцы и Проклятые', вошедшее в состав его первой книги стихов, причем им отведена там особая композиционная роль: первое из них завершает отдел сборника 'Лирика', а второе открывает рубрику 'Поэмы' (Сушеная селедка (из Ш. Кро); Смычок (из Ш. Кро) // Ник. Т-о. Тихие песни. С приложением сборника стихотворных переводов 'Парнасцы и Проклятые'. СПб.: Т-во Художеств. Печати, 1904. С. 112-113, 117-118).
Впоследствии адресатом письма было высказано предположение, что выбранное Анненским заглавие для второй книги его стихов 'могло зависеть еще и от названия книги Шарля Кроса "Le coffret de santal" <"Сандаловый ларец"> (1873). Иннокентий Федорович очень ценил этого поэта и даже считал себя его учеником; но он смешивал его с его сыном Гюи-Шарлем Кросом, цикл эротических стихотворений которого как раз был помещен в начальных номерах "Mercure de France" за 1909 г. Стихи эти были действительно очень хороши, и особенно И. Ф. Анненский восторгался местом, где говорится о "теле, которое горячее, чем под крылом у птицы"' (ПК. С. 71). Об отношении Анненского к поэзии Ш. Кро и его сына, поэта

295

и переводчика Ги-Шарля Кро (1879-1956), см. подробнее: ПК. С. 125.
8. Повторяющаяся строка из стихотворения 'Interieur' Ш. Кро, также переведенного Анненским (см. первопубликацию перевода: СиТ 1959. С. 291-292).
9. Ср.: 'Анненский полагал, что своеобразные стихи Кро, с элементами гротеска и буффонады и тенденцией к экспрессивно-ироническому изображению окружающего мира, могут послужить "мостом" между современной французской ("Лютеция") поэзией и новейшими исканиями русских поэтов' (И. Ф. Анненский. Письма к М. А. Волошину / Предисловие, публикация и примечания А. В. Лаврова, В. П. Купченко // Ежегодник. С. 249). В Ежегоднике также указано: Ср. использование сходных образов в статье 'О современном лиризме' (А, 1909, ? 2, отд. I, с. 4).

М. Волошин - И. Анненскому, июнь

фрагмент

Она верная и справедливая, Ваша книга. И её жестокость - не жестокость приговора, но жестокость судебного отчёта о процессе. Но зато какая утончённая гибкость образов <...> Я думаю, что никто так не понимал Достоевского, как Вы <...> Ваша книга почти не книга, настолько в ней трепетность письма или дневника. Вы осуществляете слова Р. де Гурмона о том, что критика - самый интимный род исповеди. Но Вы еще заставляете исповедоваться и писателей, и их героев...

Речь идёт о "Второй книге отражений", подписанной и отправленной Анненским в Коктебель. См. также прим. 1 к след. письму.

13 авг<уста> 1909

Дорогой Максимилиан Александрович,

Очень давно уже я должен был писать Вам, - но время раздёргано, нервы также, - и на письме вышло бы, пожалуй, совсем не то, что я хотел бы там увидеть. Ясности духа, весёлой приподнятости, - вот чего вправе ждать от меня друзья и в личных сношениях, и в письмах. Но это лето сложилось для меня во многих, если не во всех, смыслах крайне неудачно. Для разговоров я еще мог себя монтировать, но на письма не хватало завода.

Ну, да это в сторону. Стихи Ваши мне понравились, конечно, очень;1 да и не может не понравиться то, что "осуществляет мысль".

       ... плюет на алтарь,
Где твой огонь горит...
2

Боже, как мы далеко ушли от этой бутафории. Право, кажется, что Пушкин иногда не видел того, что хотели покрыть его слова...

А это Надсоновское:

Пусть жертвенник разбит - огонь еще пылает...3

Мысль... мысль?.. Вздор все это. Мысль не есть плохо понятое слово; в поэзии у мысли страшная ответственность... И согбенные, часто недоумевающие, очарованные, а иногда - и нередко - и одураченные словом, мы-то понимаем, какая это сила, святыня и красота.

Присылайте еще алтарей. Из моего ларца кое-что уже выудилось, но хотелось бы и из Ваших ненапечатанных пьес сделать подбор для первого нумера. Ведь мы почти что "маленькие причастницы" будем 15 октября.4

Маковский показывал мне клоделевских "Муз" в Вашем переводе, и я просидел за ними часа четыре...5 Ну, уж и работа была. Но отчего, скажите, Вы послали брульён?6 Нет ли тут просто недоразумения? Я сверил половину с текстом... Нет, Вы должны переработать это. Этого требуют музы прежде всего. А потом и имена: и Ваше и Клоделевское. Чертовски трудно, конечно, но если не Вы, то кто же будет русским переводчиком Поля Клодель?7

"Горомедон" меня тоже не вполне удовлетворил,8 и, прежде всего, откуда Вы взяли это слово - его нет ни в одной специальной энциклопедии, ни в одном словаре, ни в глоссарии, ни в регистрах...9 Ну, до свидания, дорогой Максимилиан Александрович, кланяйтесь Толстым.10

Ваш И. Анненский

1. Стихи Ваши мне понравились... - Речь идет о 'новых стихах об Аполлоне', которые Волошин выслал Анненскому из Коктебеля в июне 1909 г.; 'Я хочу сделать из них целый цикл под именем "Алтари в пустыне", куда войдут и некоторые из старых, напр<имер> "Созвездья"' (ЦГАЛИ, ф. 6, оп. 1, ? 307). Цикл 'Алтари в пустыне', посвященный А. В. Гольштейн (по первому мужу Вебер, 1849 - 1937), вошел в книгу Волошина 'Стихотворения. 1900-1910' (М., 'Гриф', 1910, с. 99-112).
2. ...плюет на алтарь... - Цитата из сонета А. С. Пушкина 'Поэту' ('Поэт! не дорожи любовию народной...') (1830).
3 Пусть жертвенник разбит... - Цитата из стихотворения С. Я. Надсона 'Не говорите мне "он умер". Он живёт!..' (1886) (Надсон С. Я. Полн. собр. стихотворений. М.-Л., 1962 (Б-ка поэта. Большая серия), с. 310).
4. ..."маленькие причастницы" будем 15 октября... - Подразумевается день предполагаемого выхода в свет первого номера 'Аполлона' (вышел 25 октября). Ср. строки стихотворения Волошина 'Воскресенье' (1907) из цикла 'Руанский собор' (рассматриваемого Анненским в статье 'О современном лиризме'): 'И стоит собор - первопричастница' (Волошин М. Стихотворения. Л., 1977, с. 114). В 'Литературном альманахе' первого номера журнала были опубликованы 'Ледяной трилистник' Анненского и стихотворения Волошина 'Дэлос', 'Созвездья' и 'Полдень', входящие в книгу 'Стихотворения. 1900-1910' в цикл 'Алтари в пустыне'. Видимо, эти стихи Анненского и Волошина обсуждались в 'Аполлоне' 17 августа 1909 г., согласно дневниковой записи Иванова: 'Гумилев по просьбе Маковского читал мне и Кузмину стихи Анненского и Волошина, чтобы выбрать интереснейшие. Мы по обыкновению совпадали в приговоре' (Иванов Вяч. Собр. соч., т. II. Брюссель, 1974, с. 791). Судя по одному из писем к С. К. Маковскому (лето 1909 г.), Волошин рассчитывал поместить в первом номере 'Аполлона' цикл 'Алтари в пустыне' в полном объёме.
5. ...клоделевских "Муз" в Вашем переводе... - Стихотворный перевод оды 'Музы' Поля Клоделя (1868 - 1954) - французского поэта и драматурга католического направления - Волошин выслал С. К. Маковскому 20 мая 1909 г., отметив в отправленном одновременно письме: 'Это великолепная, но дьявольски трудная вещь, которую я с трудом одолел, но горжусь переводом'. В начале августа Волошин послал 'Предисловие к "Музам" Клоделя'. 'Это отдельная небольшая статья - поясняющая, ясная и в то же время представля<ющая> самостоятельный от "Муз" интерес', - писал он С. К. Маковскому 2 августа 1909 г. (ГПБ, ф. 124, ? 975). В письме Анненского к Маковскому от З0. VII 1909 г. были указаны допущенные Волошиным небрежности и неточности в переводе. 6 августа Маковский ответил: 'Ох, этот Макс! Пожалуйста, все-таки напишите ему от себя два слова' (ЦГАЛИ, ф. 6, оп. 1, ? 347).
6. ...брульён (brouillon) - черновик, черновой набросок (фр.).
7. ...кто же будет русским переводчиком Поля Клодель? -  Отвечая Маковскому на его критические замечания, Волошин писал 15 августа: 'Что же касается перевода "Муз", то я могу за него постоять. Я работал над ним почти два месяца и для каждого слова могу привести его мотивы. Неточности (бессознательные) могут быть лишь в 3-4 местах, где и для меня текст Клоделя оставался тёмен. Что же касается тяжести, то я думаю, что тут лишь какое-нибудь недоразумение в ритме чтения. Его надо читать громко, декламируя, и я старался в нём передать именно музыкальную меру подлинника' (ГПБ, ф. 124, ? 975). Анненскому же, по получении его отзыва, Волошин ответил 18 августа менее уверенно: <см. ниже> Волошин внёс отдельные предложенные Анненским исправления в свой перевод (см. с. 236 настоящего издания, письмо Анненского С. К. Маковскому 30 июля), но появление его в 'Аполлоне' откладывалось из-за большого объёма текста оды и предисловия. Они появились в 'Аполлоне' в 1910 г. (? 9, с. 19-40). Касаясь творчества Клоделя в статье 'Античный миф в современной французской поэзии', Анненский писал: 'Клодель это сноб и вместе с тем экзотист - это оптик самого страстного воображения' (Гермес, 1908, ? 8, с. 210).
8. "Горомедон". - О статье "Horomedon", представлявшей своеобразный философско-поэтический этюд, Волошин писал Маковскому летом 1909 г.: 'Это классификация искусств согласно идее времени: музыка владеет стихией прошлого; вся "пластика" - стихией настоящего и поэзия (слово) - стихией будущего'. В письме к нему же от 2 августа: 'Эта статья очень важна для моего сознания. Я в ней скристаллизировал свою эстетику, она моё "profession de foi" <исповедание веры (фр.)>. Все обобщения и построения, которые рождались в уме за последние годы, я в ней синтезировал с этой аполлонической точки зрения, не совсем обычной, но на которую я имею филологические права: Аполлон - бог времени' (ГПБ, ф. 124, ? 975). "Horomedon" вызвал критические суждения Маковского, Анненского и других 'аполлоновцев'. 15 августа Волошин писал Маковскому: 'Очень меня огорчает судьба "Horomedon'a". С Вашим замечанием относительно трудности стиля я согласен вполне, но не могу согласиться с Ан<ненским> и Вол<ынским> <...> Я видел свою (и нашу) задачу не в том, чтобы исследовать древние культы Аполлона, а в том, чтобы создать новый - наш культ Аполлона, взявши семенами все символы, которые мы можем найти в древности. И для нас они, конечно, получат новое содержание. Соединение идей Аполлона Мойрагета с идеей Апол<лона> - вождя времени я, конечно, не считаю античным. Но для современной мысли, полагаю, это сопоставление может сказать много' (ГПБ, ф. 124, ? 975). Ср. обращение к Аполлону в стихотворении Волошина 'Дэлос' (лето 1909 г.): 'Гневный Лучник! Вождь мгновений! Предводитель мойр и муз!' (А, 1909, ? 1, отд. III, с. 8). "Horomedon", не принятый редакцией 'Аполлона', был опубликован в 'Золотом руне' (1909, ? 11-12, с. 55-60).
9. ... откуда Вы взяли это слово... - Волошин, обосновывая название своей статьи (Горомедон - вождь времени), ссылался в ответном письме к Анненскому на французскую "La Grande Enciclopédie" (vol. III, р. 357) и дополнительно разъяснял свой замысел: <см. ниже>. Маковскому же Волошин писал 15 августа: '... вопрос о верности филологических построений относится только к основному имени Horomedon. Такой эпитет Аполлона существует, он был ему присвоен в Тэносе. А кроме того, у Аполлона были эпитеты
'writhV (бог часов) и neomhnioV (обновитель месяцев)' (ГПБ, ф. 124, ? 975).
10. ...кланяйтесь Толстым... - Летом 1909 г. близкие друзья Волошина А. Н. Толстой и его жена Софья Исааковна Дымшиц-Толстая (1889 - 1963) жили у него в Коктебеле.

М. Волошин - И. Анненскому, 18 августа

фрагмент

Я работал очень много над этим переводом, но работал в полном уединении, т<ак> к<ак> вокруг меня не было никого, кто увлекся бы мощной риторикой именно этой вещи, хотя бы и моем переводе <...> Я буду Вам благодарен, Иннокентий Федорович, за Вашу критику и за все указания недочетов и вновь переработаю весь этот перевод целиком, так как хочу, чтобы он был совершенным. <...> Кроме того, я постараюсь оправдаться во многих сознательных отступлениях, сделанных на основании всего моего понимания творчества Клоделя.

Статья моя была задумана гораздо раньше, как опыт классификации искусства, согласно иллюзиям настоящего, прошлого и будущего. Но когда я начал обрабатывать её, мне пришла в голову эта связь одного из наименее определимых ликов Аполлона - вождя времени с парками, которые тоже так странно повторяют идею прошлого, настоящего и будущего. И мне захотелось связать эти (безусловно не научные) анал<огии>.

Речь идёт о переводе М. Волошиным П. Клоделя, см. прим. 5, 7 к пред. письму.

4-го ноября 1909 г.

Многоуважаемый Максимилиан Александрович,

У меня возврат инфлуэнцы, и потому я должен, как лежащий в постели, прибегнуть к состраданию посторонних рук.1

Не могу Вам сказать, как я огорчен невозможностью присутствовать сегодня при обсуждении Вашего "Венка".2

Благодарю Вас за Ваши любезные хлопоты о "Кипарисовом ларце".3 Так как я раз уже предлагал Грифу свою книгу, то, мне кажется, было бы целесообразнее предложить её вторично лишь в крайнем случае, т. е. если бы Соколов не захотел сделать первого шага. И потому Вы бы меня очень обязали, написав ему ещё раз, чтобы шаг был сделан с его стороны.4

Если же он затруднится это сделать, то я сделаю это, конечно, сам; напишу, что слышал от Вас, что Гриф непрочь издать мою книгу.

Не оставьте меня, пожалуйста, вестью о дальнейшем. Искренне Вам преданный

И. Анненский

1. ...посторонних рук... - Письмо продиктовано Анненским; подпись - автограф.
2. ...при обсуждении Вашего "Венка". - Венок сонетов Волошина 'Corona astralis', написанный в Коктебеле в августе 1909 г. и посвящённый Е. И. Дмитриевой (Волошин М. Стихотворения. 1900-1910, с. 113-124), должен был обсуждаться 4 ноября на заседании редакции 'Аполлона' (см. пригласительную повестку Анненскому: ЦГАЛИ, ф. 6, оп. 1, ? 393, л. 5). 'Ввиду Вашего отсутствия я настоял, чтобы обсуждение было отложено до следующего раза', - сообщил Волошин Анненскому (там же, ? 307). Вероятно, именно этот эпизод подразумевается в характеристике Волошина, данной Хлебниковым в его 'сатире' 'Карамора ? 2-й' ('Петербургский "Аполлон"') (ноябрь 1909 г.): 'Из теста помещичьего изваянный Зевес Не хочет свой "венок" вытаскивать из-за молчания завес' (Хлебников Велимир. Собр. произв., т. II. Изд-во писателей в Ленинграде, [1930], с. 80). Печатание 'Corona astralis' было отложено Маковским из-за данного Вяч. Иванову обещания напечатать ранее его 'Венок сонетов', законченный к весне 1909 г. 6 сентября 1909 г. Иванов записал в дневнике: 'Был у больного Маковского. Он <...> рассказывал о том, что явился Макс с "Венком Сонетов". Иронически я сказал, что рассчитываю на деликатность Макса и счел бы опубликование "Венка" раньше моего не вполне корректным' (Иванов Вяч. Собр. соч., т. II, с. 802-803). 'Венок сонетов' Иванова появился в 'Аполлоне' (1910, ? 5), а затем вошел в книгу поэта 'Cor Ardens' (ч. 2. М., 1911).
3. ...хлопоты о "Кипарисовом ларце". - Волошин, печатавший в издательстве "Гриф" свою книгу "Стихотворения. 1900-1910", взял на себя хлопоты по выпуску в свет книги стихов Анненского "Кипарисовый ларец". В своем письме к Анненскому Волошин процитировал отрывок из несохранившегося в его архиве письма владельца "Грифа" С. А. Соколова: "Буду рад, если устроите, чтобы Анненский обратился ко мне" (ЦГАЛИ, ф. 6, оп. 1, ед. хр. 307).
4. ...шаг ... с его стороны. - Это предложение Анненский делал С. А. Соколову еще в пору сотрудничества в его журнале "Перевал". 12 января 1907 г. Соколов писал Анненскому: "Книгу Ваших стихов издал бы с большим удовольствием, но мешает одно обстоятельство: на этот год у меня есть на очереди несколько книг и бюджет "Грифа" с большой точностью рассчитан на них, - а увеличить бюджет я не могу. Поверьте, что только эта причина заставляет меня упускать возможность издать Вашу книгу" (ЦГАЛИ, ф. 6, оп. 1, ед. хр. 364). В 1909 г. такие возможности появились. Соколов после предварительной переписки с Волошиным обратился к Анненскому с письмом от 5 ноября, предлагая издать его книгу (ЦГАЛИ, ф. 6, оп. 1, ед. хр. 364). Книга "Кипарисовый ларец" была издана в 1910 г. См. также прим. 2 к письму Анненского Маковскому 12 ноября 1909 г.

М. Волошин - В. Кривичу, декабрь 1909

фрагмент

Я очень прошу Вас дать мне на несколько дней "Кипарис<овый> ларец", т<ак> к<ак> иначе я не смогу написать той статьи, что обещал для январского ? "Аполлона". Что касается "трагедий", то в этой статье я не думаю касаться, т<ак> к<ак> думаю написать отдельно. Они мне необходимы - но на срок более продолжительный. Мне точно так же был бы необходим "Эврипид", Но это не спешно, хотя бы очень хотелось иметь все вместе, но с возможностью держать долго. Стихи же мне надо на 2-3 дня. Я сделаю выписки.

ЦГАЛИ, ф. 5, оп. 1, ед. хр. 66.
Приведено в прим. А. В. Лаврова к статье М. Волошина "И. Ф. Анненский - критик", в кн.: Максимилиан Волошин. Лики творчества. Л, "Наука", 1988, с. 761. Приведено также в Ежегоднике, прим.12, с.245.
Своего намерения написать впоследствии также о трагедиях Анненского и о его переводах Еврипида Волошин не реализовал.

вверх



При использовании материалов собрания просьба соблюдать приличия
© М. А. Выграненко, 2005-2016

Mail: vygranenko@mail.ru; naumpri@gmail.com

Рейтинг@Mail.ru     Яндекс цитирования